Рассказы, повести, сценарии и другое

То есть вы ещё и не прилетели, так как сейчас 15 часов. Во-вторых, Егор Букашкин хоронил свою жену, из Москвы никуда не выезжал. В-третьих, журналистка, которой он хорошо заплатил за те похвалы, согласилась выстрелить целую обойму пасквилей сейчас. В-четвертых, полагаю, весь этот погром, что мы наблюдаем, он и устроил, быть может, даже собственными руками. Что касается погрома, прямых доказательств у меня нет, а вот предыдущие пункты неоспоримы.

– Враньё, враньё! Не можете вы наводить никакие справки.

Жалкая пенсионерка из Израиля, тоже мне агент! Лезут, прут, как тараканы из щелей, длинные носы везде свои тычут, до всего им дело есть!

– Она прожила здесь всю жизнь, – встревает в «монолог» Сергей, – с половиной Москвы знакома, ничего удивительного. Если Рахиль назовёт имя журналистки, поверю остальному, и, может, тогда я избавлюсь от тебя на всю оставшуюся жизнь!

– Марина Кружкова. Так, господин Букашкин? Молчите? Хотите, я ещё и вашу истинную подноготную сейчас обнародую? А? Расскажу бывшему партнёру, отчего и когда вы сочинили себе экзотическую фамилию Букашкин.

Интересно, во что вам обошлись документы, включая поддельную метрику и диплом института, в котором отродясь не бывали?

– Будь ты проклята, старая грымза!

Егор поворачивается на каблуках, взрыхлив грязь на бетонном полу, выскакивает.

– Кто же вы есть такая, – недоверчиво произносит Любаша, – если запросто получаете конфиденциальные сведения?!

– Совсем несложно – прочла все публикации о вашей фирме.

Написаны-то они в одном ключе, повторяющиеся стилистические обороты, словечки, – словом, догадалась: автор-то один и тот же. Причём, наверняка женщина, несколько мужеподобная, изо всех сил хочет доказать свою полную независимость от мужчин.

– Надо особый талант иметь, чтобы до такого додуматься!

– Ерунда! Чуть-чуть внимания, самую малость склонности к анализу, но главное – интуиция. Остальное – дело техники. Позвонила главному редактору, в чьей газете чаще всего и появлялись статейки о «Полёте фантазии», он вместе с моей дочерью учился на журфаке, наплела с три короба, чуток польстила, слезу пустила, мол, ищу по просьбе дочери подругу ее детства, ну и так далее.

– Купился?

– А как же!

– Хорошо, – продолжает допрашивать Люба, – а паспорт, фамилия Букашкин, его прошлое?

– Приврала маленько, самую малость.

– Ишь, как взъярился, видать, в самую точку попали.