Некромант. Присяга

Эротическими эти мои позитивные эмоции мне бы в голову не пришло называть; с эротикой и взаимоотношениями с противоположным полом в моей биографии имелись определенные трудности.

Но при любой удобной ситуации я старалась быть к Чеду поближе.

Сейчас поездка была подпорчена сильнейшей тревогой, которая гнала меня как ударами бича. Я жалела, что Чед нарушил медитацию, разорвал мою связь, установленную с сознанием спящего красавца. Оставлять человека в таком состоянии дальше и впрямь было безответственно, о чем мне недвусмысленно сообщал сейчас Дар.

Ситуация менялась в худшую сторону, и мне надо было находиться в эпицентре этих перемен. Хотя где, как и почему происходили эти перемены – я пока не знала.

Я спрыгнула около внешней проходной. Так как в дневное время, пока работала секретарь Анечка, пропуска на Чеда я не заказала, ему пришлось остаться снаружи. Мы коротко переглянулись; я знала, что Чед, если это будет надо, форсирует оба поста охраны и придет на помощь. Хотя страховал Евгений меня крайне редко, в основном мотаясь по своим сложносочиненным делам, эта процедура как-то сама отработалась до полного автоматизма – еще со времен налетов на чужие яблони и картофельные грядки.

Махнув пропуском, я взлетела на третий этаж. Второй пункт охраны – верхний, непосредственно при входе в офисные помещения. Вахтенный подивился, но пропустил.

Вот и кабинет шефа! Заперто; вернулась к охраннику, который уже готовился лечь спать на боевом посту, и попросила ключ.

Расписалась…

Снова подбежала к двери… вот. Да-да.

Вот он, этот дверной проем с пылающими кинжалами. Это не кинжалы вовсе – это мои охранные булавочки, которые я воткнула в косяк из чистого озорства. Ну кто может совершить магическую атаку на кабинет шефа издательства, выпускающего «Пифию» с приложениями?… А вона же – артефакты, выполненные мной, признаюсь, без особого тщания, работали!

У меня не было ресурсов для магической схватки, а сияние булавок могло означать только близость недруга.

Потому я встала боком в дверном проеме, чтобы видеть и кабинет, и коридор, вынула из кармана ножик, подняла левую руку, на запястье которой на браслете болтался защитный Талисман, сделанный моей Наставницей, и замерла.

Тишина и темнота… домовые беззвучны, и даже энергетически их присутствие едва читается. Зато, несмотря на множество людей, прошедших за день по кабинету, очистилось информационное пространство.