Восхождение Макара

Все ему чудилось, что Пашка зовет его, просит помощи, а он бежит к нему навстречу, продирается сквозь густой, желеобразный воздух и все никак не может двигаться быстрее, а Пашкин голос все тише и тише….

Кто-то тронул его за плечо. – Сынок, проснись, следующая конечная. Друга едешь искать? Найдешь, раз очень хочешь, найдешь., – старушка, стоявшая напротив, улыбнулась. – Ты во сне бормотал. Купи у меня пирожки, за полцены отдам, не сезон еще, и половины не продала. Тебе силы нужны, вон из рюкзака сплошные веревки торчат, да бутылка с водой, а еду небось и не прихватил.

У меня пирожки хорошие, с картошкой, с луком и яйцом, с ветчиной и сыром. Вкусные, не пожалеешь.

У Макара только от одного описания в животе заурчало. А ведь действительно, он еду не взял. Сколько-то пакетов с быстрой лапшой и все. Думал в магазин забежать, да отвлекся на покупку билета и забыл… Вот ведь как кстати старушка тут оказалась. Не задумываясь, он купил все оставшиеся у нее пирожки.

Поезд дернулся и остановился.

Макар вышел на перрон приостановился, огляделся, включил навигатор и нашел на карте Сон – гору. От платформы тропинка убегала в лес. Идти было не близко, но судя по описанию в интернете тропа была хоженая, прямая и утоптанная, по крайней мере до родника, который был как раз на половине пути. Поэтому Макар в рюкзаке нес пустые бутылки для воды. Всяко легче.

Тропа и правда была приятная для прогулки. Сосновый лес пах хвоей, разогретой смолой и свежестью. После душного и пыльного города тут дышалось легко и свободно.

Ноги быстро несли вперед, как будто спешили навстречу приключениям, как будто боялись, что могут опоздать. К роднику Макар дошел слегка запыхавшись, он даже не заметил, как быстро шел.

Из небольшого каменного холма по правую руку вытекал маленький ручеек. Кто-то приделал снизу железную воронку и ручеек не стекал по поверхности, а падал с края воронки, как миниатюрный водопад. Макар подставил, сложенные трубочкой губы и втянул в себя воду.

Она была нереально вкусной. Такая свежая, чуть сладковатая и холодная. Он пил и пил, пока от холодной воды не заломило затылок.

Макар живо представил, как полгода назад на этом самом месте стоял Пашка, с расставленными ногами, чтобы вода не забрызгала штаны, и наклонившись, со смешно вытянутыми в трубочку губами пил воду. Картинка была такой яркой, такой живой, как будто Макар был там и наблюдал это со стороны. Он рассмеялся.