Фурия XXI века

Дома их ждала встревоженная Маргарита Степановна и семейный доктор Федор Кузьмич Кравцов, врач старой закалки и, как казалось семейству Духаниных, неограниченных возможностей.

Антонина безропотно позволила Федору Кузьмичу осмотреть себя, сделать укол и уложить в постель. На следующий день пополудни она проснулась в своей постели. Рядом сидела мать и тихонько гладила ее руки.

– Мама, – прошептала девушка.

– Ты проснулась, Тонечка, – тихо проговорила Маргарита Степановна.

– Толя? – вопросительно всхлипнула Антонина.

Мать покачала головой и поспешила добавить:

– Но его ищут. Ночью отец дозвонился Мерцаловым, они приехали сюда. Антонина Ивановна… – Духанина на мгновение замолчала, вспомнив, как сваха, кусая губы, отказывалась обращаться в полицию. Бедная женщина была уверена, что ее сын, не выдержав испытание женитьбой, опять пустился во все тяжкие и загулял с очередной встретившейся на его пути юбкой. Но остальные благоразумно решили прибегнуть к помощи полиции.

– Хорошо, что Толя взял с собой сотовый, – проговорила Маргарита Степановна.

– Но он не отвечает, – с жалобным укором отозвалась дочь.

– Даже если он отключен, – сказала Духанина, – отец уверен, что полиция найдет его, а значит, и Толю.

– Телефон могли у него украсть, – выдохнула Тоня.

– Будем надеяться, что нет. – Материнская рука снова успокаивающим касанием притронулась к руке дочери.

Духанин и Мерцалов действительно обратились в полицию и, конечно, подняли на ноги всех, кого только могли поднять, прибегнув к своим многочисленным связям.

Колесо государственной машины закрутилось, и дело оказалось на столе у старшего следователя Александра Романовича Наполеонова.

Начальник, поручая ему это дело, долго бухтел о том, что подобную ответственность он может возложить только на Наполеонова.

Тот сухо поблагодарил за оказанное доверие и, покидая начальственный кабинет, закрыл дверь с особой осторожностью, опасаясь, что не удержится и шваркнет ею изо всей силы.

– Александр Романович, вы чего такой? – спросила секретарша Элла, поправляя свою прилипшую ко лбу челку.

– Ничего, – буркнул Наполеонов, поспешно проходя мимо.

– Вот и Федор Поликарпович с утра сам не свой, – бросила ему вдогонку девушка, – и кофе утром не стал пить. А я ему за языками бегала, как дура.

– И много языков захватила? – буркнул Шура.

– Так пять штук.

– Теперь их только разговорить осталось, – буркнул Наполеонов и скрылся.