Миндальный вкус зла

Она аккуратно положила карточки на журнальный столик, выпила воду, которую ей принесла Татьяна, вежливо поблагодарила и распрощалась.

«Так интересно, – думала она, спускаясь по лестнице, – кто этот Толик и за что ему были заплачены деньги?»

Мирослава чувствовала, что у Татьяны спрашивать об этом бесполезно. Волгина вышла из подъезда, но не стала садиться в машину, вместо этого опустилась на лавочку, вытащила записную книжку и сделала вид, будто что-то записывает. Её тактика сработала, не прошло и пяти минут, как к ней подсела одна из дам, с которыми она разговаривала не так давно.

– Ну как, узнали что хотели? – спросила она, заговорщицки подмигивая.

– Да нет… Ирина, как вы и сказали, уехала отдыхать на море.

– Нервы лечить, – прокомментировала дама.

– А Татьяна вся расстроенная каким-то Толиком…

– Епифановым.

– Кто это?

– Епифанов-то? Да Ирка замуж за него собиралась, а он передумал жениться. Она сдуру села в его «Мерседес», да и жахнула его об столб!

– И что?

– Ничего! «Мерседес» на свалку, а на Ирке ни одной царапины.

– По-видимому, деньги немалые, – проговорила Мирослава.

– Какие немалые! – взмахнула руками женщина. – Огромные! Татьяна продала квартиру двухуровневую в центре Старого города, иномарку свою и Иркину и магазинчик там же, перебрались они сюда. Соседей в упор не видят.

– А как же вы обо всём узнали? – мягко улыбнувшись, поинтересовалась Мирослава.

– Было бы желание, – загадочно улыбнулась в ответ дама.

– Может, вы и адрес Толика знаете?

– Домашний – нет, – вздохнула дама с сожалением, – но зато знаю, где находится его ресторан. Да и вы знаете.

– И какой же это ресторан? – спросила Мирослава и, услышав ответ дамы, присвистнула.

– Да, солидного жениха упустила Ирина, – проговорила она с пониманием.

– Да какой Епифанов жених! – отмахнулась дама и пояснила: – Женат он давно.

Мирослава поблагодарила разговорчивую женщину и села за руль своего автомобиля.

* * *

Настольные часы в гостиной пробили семь. Морис вздохнул и посмотрел в окно. Майские сумерки не торопились опускаться на землю. Ветер осторожно касался края шторы и вносил в гостиную перемешавшиеся в сложную симфонию ароматы сирени, черёмухи, нарциссов и тюльпанов.