Однажды летним днем

В воздухе разливалось такое насыщенное благоухание, в котором было всё! И смолистый запах тополиных почек, и тонкий аромат подснежников, окроплённых ночными росами, и ещё что-то волнующее, неуловимое, что если и можно ощутить, то не обонянием, а душой, распахнутой настежь навстречу миру, возродившемуся из снежной пены и зазвучавшему многоголосием ручьёв.

Андриане Карлсоновне в это время года всегда начинало казаться, что она не почтенная пожилая дама, а совсем юная девчонка, весело прыгающая в своём дворе с подружками через скакалку или по классикам, начертанным мелом на тротуаре.

Ах, как это было давно! Но время в её мыслях утекало вспять, и она была счастлива.

А потом весь день пролетел незаметно в обычных домашних заботах. И вот пробившие в зале настенные часы сообщили, что уже пять часов вечера.

Андриана Карлсоновна решила, что, пожалуй, пора начинать готовиться к приходу Милочки.

Подруги часто встречались по вечерам, то у Андрианы, то у Милы. Лео на чаепитии появлялась не часто, но подруги на неё не обижались.

Лео – женщина занятая, перемигивались они, посмеиваясь. Ведь у Леокадии целых два ухажёра – генерал в отставке Андрей Яковлевич Полуянов и профессор романо-германских языков Иннокентий Викентьевич Лавидовский. Лео жаловалась, говоря, что мечется между ними, как меж двух огней, не в силах остановить свой выбор ни на одном кавалере. Андриана и Мила не сомневались, что подруга лукавит и её вполне устраивает такое положение дел.

«Бедные мужчины, – время от времени вздыхала, сочувствуя поклонникам Лео, Мила, – за каждым из них невесты готовы в очередь выстроиться, а они оба запутались в сетях Леокадии».

Мила всегда приходила в гости к Андриане с Тишкой. Пёс не любил оставаться дома один. Он сразу же подружился с Марусей. Кошка и пёсик охотно играли вместе. А Фрея смотрела на Тишку с презрением, чуть ли не морщила нос.

А потом укоряла Марусю – как ты можешь дружить с беспородным псом!

– Он очень милый, – отвечала добрая Маруся на своём кошачьем языке, понятном только им.

– От него пахнет псиной! – фыркала Фрея.

– А вот и неправда, Тишка пахнет луговыми травами.

– Наверное, у него шампунь такой, – невольно проговаривалась Фрея.

– Ну, вот видишь, – радовалась Маруся, – так что никакой псиной Тишка не пахнет. А какая у него шелковистая шёрстка! – восторженно закатывала глаза Маруся.

– Вот и целуйся со своим псом безродным! – шипела Фрея.