Поэзия убийства

– А ты знаешь, Морис, если Королёв сплотит вокруг себя своих учеников, то они вполне справятся со всеми твоими «но». К тому же этому могут поспособствовать изменившиеся тенденции.

– Не понял.

– Ладно. Неважно. Вернёмся к Тавиденковым. Я беспокоюсь за их дочь Дашу.

– С чего бы это? – удивился Морис.

– Девушка тоже училась у Королёва, и она любит его сына.

– А отец возлюбленного встал на дыбы.

– Вот именно!

– Кажется, мы вернулись к точке отсчёта, и я вынужден задать вам вопрос: «Не думаете ли вы, что Королёв убил Тавиденкова, чтобы помешать воссоединению его дочери со своим сыном?»

– Нет, я так не думаю.

– Хотя человек с воображением и его установками вполне мог именно так обставить место убийства.

– Не думаю, что пенсии и зарплаты учителя хватает на ананасы и рябчиков.

– В принципе, да.

– Насколько мне помнится, ещё Максим Горький говорил: «Нелепо же платить гроши человеку, который призван воспитывать народ! Нельзя же допускать, чтобы этот человек ходил в лохмотьях, дрожал от холода…» Что-то мне подсказывает, что с тех пор мало что изменилось.

– Вам виднее.

– Угу. Власть предержащие классиков не читают или не прислушиваются к их словам. Так что иди и работай.

– Слушаюсь, мой повелитель.

– Повелительница, – машинально поправила Мирослава, уже думая о чём-то другом.

Морис усмехнулся и, ничего не ответив, ушёл.

Волгина постояла несколько минут на террасе, решила, что для дальнейшего продвижения вперёд ей нужно ознакомиться с информацией, которую достанет для неё из сетей Морис и дождаться новостей от Шуры.

После чего она вышла на улицу, зашла в свой «сельскохозяйственный сарайчик», сменила обувь, надела перчатки и занялась цветником.

С Морисом они встретились за обеденным столом. И она ни о чём не спрашивала его до завершения трапезы. Впрочем, и тогда он заговорил первым:

– Вы ещё не отказались от своей идеи?

– Нет.

– Тогда слушайте. Королёв действительно до сих пор преподаёт в школе историю. Он вдовеет уже двадцать пять лет.

Имеет двоих детей, сына и дочь. Его сыну Ивану двадцать два года. Он учится в медицинском институте.

На лице Мирославы промелькнуло то ли озарение, то ли всего лишь предположение.

Морис счёл своим долгом сказать:

– Не похоже на то, чтобы парень нарушал заповеди Гиппократа.

– Судишь по соцсетям?

– И по ним тоже, – уклончиво ответил Морис.

– А Иван точно сын Королёва?

– Что вы имеете в виду?

– По возрасту он больше годится ему во внуки.