Золотая удавка

– Конечно, – кивнул Бельтюков.

– Вроде бы дочка владельца консервного завода могла бы найти себе женишка и побогаче, – недоверчиво проговорил Наполеонов.

– Молодой человек, вы забываете о любви! – воскликнул несколько пафосно Филипп Яковлевич.

Следователь хмыкнул:

– Вы, конечно, извините меня великодушно, но в любовь богачей я не верю.

– Ну и напрасно, – почему-то обиделся мужчина.

– Папаша невесты тоже влюблен в будущего зятя?

– Александр Романович, – вклинилась Мирослава, – вы упускаете из виду связи.

– Чьи связи? – не сразу понял Наполеонов.

– Дяди будущего зятя.

– Это что же выходит, – недоуменно проговорил следователь, – племяннику смерть дяди не только невыгодна, но и может обернуться для него катастрофой?

– Катастрофой не катастрофой, – вздохнул Филипп Яковлевич, – но ничего хорошего она Мирону не сулит, это точно.

– Ага. – Наполеонов что-то черкнул на листке.

– Филипп Яковлевич, к вам у меня пока больше вопросов нет.

– Я могу идти? – спросил мужчина, приподнимаясь.

– Да, пока можете. Если вы мне понадобитесь, то я навещу вас еще раз.

– Я и сам могу к вам приехать в управление, – ответил тот.

– Можно и так. Просто я подумал, что вам удобнее…

– Мне, может, и удобнее, но частые приезды полиции вредят имиджу дома и тех, кто в нем проживает.

– Разве вашему имиджу, Филипп Яковлевич, может что-то повредить? – усмехнулся Наполеонов.

– Моему – нет, – отчеканил тот, – но в доме этом, как вы могли заметить, я проживаю не один.

– Извините, не хотел вас обидеть.

– Я и не обиделся, – ответил Бельтюков и уверенной походкой военного человека направился к двери.

– Пригласите, пожалуйста, Василия Афанасьевича Артамонова, – крикнул ему вслед следователь.

– Хорошо, – ответил Филипп Яковлевич, не оборачиваясь.

– Серьезный старик, – вздохнул следователь, когда за Бельтюковым прикрылись двери.

– Да, что есть, то есть, – согласилась Мирослава.

Дверь тем временем приоткрылась, и в гостиную шагнул высокий, широкоплечий мужчина средних лет с едва припорошенными сединой висками.

– Позвольте? – проговорил он и шагнул к столу.

– Да, конечно.

– Василий Афанасьевич Артамонов, – представился мужчина и перевел взгляд с Мирославы на Наполеонова.

– Мирослава Игоревна Волгина, детектив, а я – следователь, Александр Романович, – решил представить себя и Мирославу Шура – исключительно для лучшего установления контакта. Ведь и так уже все знали, кто они.