Золотая удавка

– То есть существуют фотографии, на которых Евгения с родственниками, с друзьями?

– Да сколько угодно!

– А где они?

– В комнате у Евгении, есть у Филиппа Яковлевича, у Мирона и у нас с Васей.

– С Васей? – растерялся следователь.

– Ну, у нас с мужем моим, Василием Афанасьевичем.

– Ах да, – хлопнул себя по лбу Наполеонов, он как-то не сообразил, что для родной жены Василий Афанасьевич Артамонов – просто Вася…

– Наверняка фото Жени есть у ее друзей.

– И у подруг?

– Подруг у нее не так уж много.

– Вы тоже были подругой Жени?

– Можно сказать и так, – слегка смутилась Вера и, посмотрев на следователя, спросила прямо: – Я кажусь вам старой?

– Ну что вы! – замахал он руками.

– Ну, вот, видите, так что мне ничто не мешало дружить с Женей, тем более что мы жили с ней в одном доме и даже были, можно сказать, родственницами.

– Действительно, можно сказать, – согласился Наполеонов.

– Чего только нельзя сказать? – улыбнулась про себя Мирослава.

– И вы, конечно, были наперсницей Евгении? – спросила она вслух.

– Наперсницей?

– В том смысле, что она доверяла вам свои девичьи секреты, делилась тайнами.

– Иногда, – нерешительно проговорила Артамонова.

– Женя любила своего жениха?

– Репьева?! – искренне удивилась Вера.

– А что, у нее были и другие женихи?

– Ну, не так чтобы женихи, – замялась Вера.

– Хорошо, поставим вопрос так: Вера любила Марка Репьева?

– Нет.

– Она огорчилась, когда он расторг помолвку?

– Нисколечко, – усмехнулась Артамонова.

– Скорее обрадовалась?

– Вот именно, – подтвердила она.

– И поехала отмечать радостное известие в ресторан?

– Нет, в ночное кафе.

– В какое?

– «Веселые бабочки».

– Так…

Вера смотрела на следователя то ли со скрытой насмешкой, то ли с лукавством.

– Вы были на этом празднике жизни? – спросил он.

– Конечно, – кивнула Артамонова, и вдруг неожиданно для Александра и Мирославы ее лицо приобрело выражение озабоченности.

– Что случилось?

– Ради бога, не говорите об этом моему мужу. – Она молитвенно сложила руки на груди.

– Почему? – удивился Наполеонов.

А Мирослава уже догадалась о причине и, отвернувшись в сторону, улыбнулась.

– Потому что, – пролепетала Вера, – мы были там не одни…

– И что с того? – все еще не понял следователь.