Когда цветёт ликорис

Мигом разобравшись, куда плыть, поспешила наверх.

Неожиданно что-то силой потянуло меня на дно, и я начала барахтаться, пытаясь выбраться.

– Мне нужна самая сильная! – как будто сквозь воду кричал мужской голос. – Самая сильная! Сильнее всех!

– Все будет так, как договаривались! – ответил над моим ухом тонкий женский голосок.

Меня затянуло еще сильнее. Что происходит?!

– Не противься! – пропели мне.

Я начала захлебываться водой и, наконец, устав бороться, сдалась и потеряла сознание.

Открыв глаза, я огляделась.

Где я?

В комнате полумрак. На деревянном столе горит три больших свечи, и это весь свет. В углу – старое кресло-качалка, а рядом – камин, но сейчас без огня. У стола одиноко стоят две деревянных табуретки, по-видимому, сколоченные по-быстрому, и лишь бы были. На полу, вместо ковра – сшитые вместе шкуры довольно больших и пушистых зверей. В другом углу – что-то, очень напоминающее печку, и старый, еле стоящий на своих ножках и покосившийся влево, шкаф. И кровать, на которой лежу я, укрытая вязаным пледом.

Что это еще за избушка? Кто меня сюда принес? Я же была в воде, так? Я тонула… Кто-то, видимо, меня спас, и очень хочется верить, что это все же не те парни. Где я сейчас? Эта комната очень нуждается в срочном ремонте, и по ее виду можно подумать, что стоит избушка в далеком дремучем лесу, и в Питере таких точно нет! И где мой спаситель? Надо бы его поблагодарить и идти домой, пока Вика не начала переживать. Сколько времени-то сейчас? Долго я в отключке была?

Пока я паниковала, в комнату вошла женщина.

Невысокая, полная, в легкой кофте цвета бирюзы с короткими рукавами, и в длинной черной юбке. На вид ей, наверное, лет пятьдесят. Длинные волосы каштанового цвета, кое-где с проседью, были собраны сзади. Это она меня вытащила? По ее виду я бы сказала, что женщина даже плавать не умеет!

– Проснулась? – улыбнулась она мне. Голос у нее такой приятный! Женщина подошла ко мне и села на край кровати, а я сразу же обратила внимание на ее глаза.

Она в линзах? Ни разу не видела глаз такого цвета! Золотистые глаза, в которых запросто можно утонуть! И взгляд такой… такой… материнский? В нем столько тепла и заботы. Такие бывают? На меня еще никто так не смотрел. Кто она такая? – Как ты, моя детка? – ласково поинтересовалась она.

Я не смогла не улыбнуться ей в ответ.

– Это вы меня спасли?

– Это Дана спасла тебя! – снова улыбнулась она.

– Дана? – не поняла я.