Гобелен с пастушкой Катей. Книга 8. Потерянная заря

Миша тем временем вновь вышел из дому и вскоре привел Ирочку с мелким. Юниор всех отвлек от странной действительности, мне его дали подержать, что отвлекло тоже.

Когда приехал Валентин, он застал домашнюю идиллию в полном разгаре, одобрил вид и ухоженность Юниора, потряс руку Мише, раскланялся с предками, сходу перепутал нас с Ирочкой, извинился за сказанный ей комплимент, затем выставил всех на кухню и велел не возвращаться, пока он не скажет. Папу пришлось уводить под руку почти как психа, а мама шла следом и выговаривала Мише за согласие это произвести.

– Ну что, прелестное дитя, довольна? – спросил Отче Валя, не осведомившись о моем здоровье. – Навела шороху на всех, теперь не вздумай нас покинуть, это будет провокация. Если всё же надумаешь, то покайся прямо сейчас: копала, где не следует?

– Валя, ты о чем? – спросила я почти искренне, псих мог оказаться случайным.

– А то не знаешь? – строго спросил Валька. – Сейчас напомню, только без фокусов, лежи и смотри! Получено по почте неделю назад, не хотел тебя волновать, потому что сказали, что и так дышишь на ладан.

С этими словами Валька порылся в ручной сумке, вынул оттуда конверт, затем открыл и преподнес на обзор открытый документ. В очередной обморок я не упала, наверное, потому что лежала пластом. Документ опознался, как паспорт старого образца на имя Ольги Славич, а по нижнему краю был пропитан темной жидкостью со смазанными ржавыми краями.

– Анализ сделал, – сказал Валентин с отвращением. – Человеческая кровь второй группы многолетней давности.

Никому ничего не сказал, потому что понял сообщение.

– Кому? – спросила я, скорее наобум, документ завораживал.

– Думал, что мне одному, мол зашел далеко, остановись, – признал Валька. – Очень веско и ни к чему не прицепишься. Правильный расчет на делягу типа меня, мол, деньги того не стоят. Но твой псих – это иное! Имели в виду запугать до печенок и вовсе не меня.

– А если совпадение? – спросила я без интереса.

– Бывает раз в тысячу лет в плохой литературе, – так же сухо заметил Валька.

 – Давай, колись, не тяни, голубка, что и где искала? Кроме всего плохого, есть и хорошее – нас пока пугают, точнее отпугивают. Впечатляет, не спорю, но очевидные дилетанты. Серьезные люди прислали бы в «Аргус» переговорщика и выразили мысль точнее.

– Мысль? – спросила я почти без осознания. – Какую?

– Да, крошка, ты совсем плоха, как я посмотрю, – заметил Валька. – Что умерла давно ваша Ольга Славич, не стоит искать.