Гобелен с пастушкой Катей

Естественно, никакой сестры Нинки в подвале не оказалось, было темно, как в склепе, холодно и страшно.

Так, ничего не понимая, Верочка очутилась в подвале. Она кричала, стучала в дверь, но всё напрасно. Постепенно она освоила помещение, обнаружила в конце небольшого коридора исправный туалет с раковиной (вода шла только холодная), зато там оказался выключатель и мерзкая лампочка дневного света, хоть не всё в темноте.

Ещё в коридоре была кое-какая мебель, несколько деревянных и картонных ящиков и четыре плотных стопки газеты «Социалистическая индустрия» за 1985 год.

В первый же день заключения Вера забыла завести часы, они, конечно, встали, и бедняжка потеряла счет времени, даже перепутала день с ночью.

Далее жизнь у неё пошла вообще бредовая. Где-то раз в сутки Лешка бесшумно приоткрывал дверь и бросал на пол (вот скотина!) буханку серого сельского хлеба.

Сколько раз Верочка хотела подстеречь этот момент, но никак не получалось, потому что основное время она проводила в санузле, куда принесла старый венский стул, чтобы при тусклом свете читать проклятую «Социалистическую индустрию».

Она очень скоро поняла, что, если не читать, а просто сидеть и думать, то быстро спятишь! И спала она там же, в конце коридора на ящиках, почему-то было у санузла не так холодно. Сколько дней прошло с начала заточения, Верочка уже и не представляла.

(Надо отметить: железный у девушки организм, другая бы давно в таких условиях отдала концы.)

Но вот в подвал триумфально ворвалась подруга Малышева и, увидев бедную Верочку, насмерть испугалась и грохнулась без памяти.

В ответ я рассказала подробно свою историю, однако ситуация ни на йоту не прояснилась. За каким чертом и по чьему наущению Лешка заманил Верочку в подвал, так и осталось непонятным. С моим заключением туда же дело обстояло несколько яснее. По всей видимости, Алексей запер меня исключительно с перепугу, чтобы не болталась под ногами со своими слишком горячими догадками.

После продолжительной беседы с Верочкой во мраке подвала у меня начало складываться мнение, что подруга действительно малость тронулась умом, невзирая на «Социалистическую индустрию».

Более всего её почему-то занимал вопрос, существует ли сестра Нинка на самом деле и насколько правдивы Лешкины байки. Мысли у Верочки постоянно вращались вокруг этой темы, почти заслоняя всё остальное.