Расплата по чужим счетам

«Возможно, но маловероятно, – подумал Наполеонов. – Кто же это лошадь без присмотра на ночь в парке оставит». Но вслух не сказал ничего.

* * *

– Что у тебя? – спросила Мирослава Шуру, когда он приехал поздно вечером.

– Второй…

– Понятно.

– Я уж пока поживу у вас, не могу перед матерью с таким лицом появляться. Как я ни улыбайся, она догадается… Придется врать, а мне не хочется.

– Все я понимаю, – ответила Мирослава. – Лучше расскажи, кто жертва.

– Пока не установили. Но парень совсем молодой, видно, что при жизни был симпатичным блондином.

– Кто его обнаружил?

– Влюбленная парочка решила сократить дорогу, пошли через парк и на него наткнулись.

– Ничего подозрительного, конечно, не заметили?

– Не заметили, – подтвердил Шура, – но что меня больше всего удивляет, так это никаких следов борьбы. Должен же человек насторожиться, если кто-то нападает на него ночью?

– Вероятно, жертва не ожидала нападения…

– Значит, напавший был ей хорошо знаком?

– Не обязательно, сам знаешь…

– И все-таки нужно быть очень легкомысленным, чтобы не опасаться ночью незнакомцев, тем более в наше время.

– Ты рассуждаешь верно, но, вероятно, убийца сумел усыпить бдительность жертвы.

– Считаешь, что это мог быть полицейский? – быстро спросил Наполеонов.

– Не обязательно. Преступник мог быть в форме полицейского. Но и это не факт.

– Ну не ребенок же это был?!

– Мог быть подросток. Подростки как раз и отличаются особой агрессивностью, набрасываются, как волчата.

– Это если их несколько…

– Да, но похоже на то, что убийца был один…

Они еще долго строили различные версии и сами же опровергали их одну за другой. Слабое сияние тонкого месяца окутывало земной мир трепетным, почти нереальным светом. Спать они улеглись ближе к утру, когда Дон и забравший кота к себе Морис Миндаугас уже видели девятый сон.

Тем не менее Наполеонов вскочил спозаранку. Морис соорудил ему трехслойные бутерброды с сыром, ветчиной и листиками зелени.

Сам Миндаугас такую еду не одобрял, но перевоспитывать следователя не спешил. Шура запил бутерброды крепким чаем и был таков. Прошло два часа. Солнце уже светило вовсю, а Мирослава не появлялась.

– Что-то заспалась твоя хозяйка, – проговорил Морис, обращаясь к коту.

– Мур, – обронил кот, старательно вылизывая лапу.

Миндаугас уже распечатал все документы, которые она просила приготовить к десяти утра, и поэтому решился узнать, проснулась она или нет.