Игра без правил

– Простите, мистер Ригдейл, но нам не нужно, чтобы кто-то видел нас у вашего парадного входа, – вежливо произнесла Тэсс.

– И говорите вы всегда одно и то же, – усмехнулся он. Тэсс поморщилась. Миллионер непринужденно прошел по гостиной, опустился в инкрустированное кресло в стиле позднего барокко и царственно махнул рукой. – Да садитесь же, садитесь. В ногах, как говорит один мой русский друг, правды нет.

– Спасибо, мы постоим, – отказалась Тэсс.

– Ну, хорошо, если вы так хотите. Вы явно знаете, кто я, а вот я с вами не знаком.

Может быть, представитесь?

У него были манеры богатого южанина-землевладельца, который еще не окончательно освоился после победы Севера над Югом и не очень понимает, куда делись рабы с плантаций; двигался и говорил он неторопливо, словно у него было сколько угодно времени, и голос у Ригдейла оказался глубоким и чуть рокочущим. Таким голосом хорошо произносить патриотические речи с трибун или проповеди с кафедры.

А лицо – Тэсс отмечала мелочи, словно записывала на внутреннюю пленку, – было очень живым, несмотря на то, что мимика почти отсутствовала.

Эти черные брови в сочетании с пепельными волосами производили потрясающий эффект, особенно если Ригдейл чуть приподнимал их. И едва заметная улыбка, когда складки у носа и рта становились еще глубже, передавала оттенки эмоций лучше, чем кривляние в стиле Джима Кэрри. И крупные руки, сейчас неподвижно лежавшие на темных подлокотниках кресла ценой в половину квартиры Эррола. Надежность. Такому человеку очень хочется отдать на хранение все свои деньги.

Ему и отдавали.

Миллионер был одет в светлые брюки и легкий пуловер, на руке матово посверкивал, конечно же, «Ролекс». Все в Доминике Ригдейле подходило под словосочетание «конечно же». Конечно же, он представителен, у него соответствующий статусу дом и одежда. Конечно же, он может позволить себе вести себя, как заблагорассудится.

Конечно же, он почти наверняка окажется абсолютно невыносимым.

– Мое имя Тэсс Марлоу. – Пора, наконец, представиться, еще будет время как следует разглядеть навязанного помощника.

 – Я руководитель группы и ответственная за операцию, в которой вы участвуете вместе с нами. Это мои люди. Дэвид Блайт, специалист по компьютерным системам.

Дэвид флегматично кивнул. Он был одет, как и Тэсс, во все черное, – но не потому, что соблюдал траур по Эрролу (старомодный и так легший на душу обычай), а потому, что всегда так одевался.

– Адам Фэйрман, психолог.