Просто поверь

Не то чтобы у Эвелин имелась особая надежда на победу.

Рэймонд был старше нее на четыре года. Владения Хэмблтонов и Дверрихаусов граничили, обе семьи знали друг друга много лет, а потому не было ничего удивительного в том, что дети тоже были знакомы. Мать Эвелин и отец Рэймонда полагали: юным существам не повредит общество друг друга, и пока взрослые обсуждали свои темы во время многочисленных летних пикников или же подобных этому музыкальных вечером в одном из поместий, дети общались.

Если это можно так назвать.

Вначале все было неплохо, Эвелин смутно помнила это. Ей исполнилось пять, а Рэймонду девять; вот Дверрихаусы впервые прибыли в гости к Хэмблтонам, и она идет за мамой, раскрыв рот, глядя на мраморные полы и цветочные букеты, аккуратно расставленные на столах. Затем – просторная детская, владения синеглазого мальчика со встрепанной темной шевелюрой, и слова мамы:

– Ну же, Эвелин, не робей, познакомься с Рэймондом.

Синеглазый мальчик говорит:

– Здравствуйте, мисс, – и кланяется ей, как большой.

Эвелин, сияя, делает реверанс.

Потом они сидят вместе, рассматривают большую книгу с картинками, и Рэймонд, улыбаясь, показывает девочке:

– Вот видишь, это слон, он живет в Индии. Ты знаешь, что Индия – наша колония? Папа так говорит.

Эвелин смотрит на слона и не верит, что такое животное вообще существует. В комнате полутемно из-за задвинутых портьер, однако, когда няня уходит ненадолго, оставляя детей одних, Рэймонд быстро бежит и открывает занавески.

Его волосы из черных становятся золотыми в солнечном свете, падающем из окна, окутывающем худую фигурку, как плащ.

И сначала все подобным образом и шло. А затем что-то случилось – Эвелин так и не поняла, что именно. Она даже не помнила, как в первый раз Рэймонд ее обидел, и она, семилетняя, но довольно бойкая, тоже ответила ему обидными словами. Тогда они, кажется, просидели весь день в разных углах комнаты.

Когда же находились на глазах у родителей, приходилось вести себя прилично, и это заставило обоих перейти к тактике тайной войны. Лоуренс, которого строгий дядя не всегда отпускал играть со сверстниками и поощрял знакомство скорее с юным наследником Хэмблтонов, чем с дочерью соседей, редко принимал участие в таких встречах, а если принимал, всегда выступал на стороне Рэймонда, хотя сам Эвелин и не дразнил.