Ветер под моими крыльями

Для того, чтобы дышать, у него есть Шеррин и Адриан, а она, Валери, всего лишь ценный сотрудник и друг семьи.

– Ладно, – сказала Рейчел, поднимаясь, – уже поздно, а тебе вставать ни свет ни заря. Добро пожаловать в Нью-Йорк, сестренка. Завтра одевайся потеплее.

Глава 3

Валери застала Макса на кухне пьющим кофе. Вообще-то это не являлось из ряда вон выходящим событием: Эвершед употреблял кофе литрами, и Валери безуспешно пыталась ограничить его порывы, разглагольствуя о вреде кофеина и его негативном влиянии на актерское дарование.

Макс только посмеивался. Кофе – одна из немногих позиций, которые он не собирался уступать.

На сей раз любимое тонизирующее средство трудоголиков плескалось в сине-белой кружке, имевшей странную форму: будто сразу после изготовления кто-то взял ее, еще мягкую, и несильно сжал. На изогнутом боку красовалась надпись: «Мои друзья ездили в Вену, и единственное, что они мне привезли, – эта бракованная кружка!». Валери улыбнулась.

Она сама притащила Максу этот сувенир, когда вняла просьбам матери и слетала с ней в Европу на пару дней, просто чтобы развеяться. Эвершед дня три наигранно ныл и уверял, что Валери его бросает. Она привезла эту кружку, и Макс был счастлив.

Или не был? Что для него все эти кружки и ее ненавязчивая забота? Он же актер, лицедейство у него в крови.

Рассердившись на себя, Валери громко спросила:

– И какая это по счету?

– Привет! – Макс улыбнулся. Если бы каждый раз, когда он улыбался для нее, у Валери останавливалось сердце, она была бы уже пару триллионов раз мертва.

Улыбки Макс раздавал чаще, чем автографы. – Как всегда, вовремя.

– А ты, как всегда, не отвечаешь на вопрос.

– Конечно. Налить тебе чаю?

– А где твоя вездесущая прислуга?

– Ловит Адриана, я полагаю. Скверный мальчишка с утра капризничает.

– Валери-и-и-и!!!

Скверный мальчишка, о котором шла речь, действительно, вел себя из рук вон плохо. Воспитанные дети не прыгают с разбега на спину отцовским ассистенткам.

Хорошо воспитанные ассистентки должны ругать невоспитанных детей. Валери рассмеялась, выполнила несложный маневр – и Адриан с ее спины переместился на руки, обнял за шею и прижался. От его темных, как у отца, волос вкусно пахло немудреным детским шампунем.

– Привет, цыпленок. Ты хорошо себя вел?

– Ты же знаешь, что он вел себя из рук вон плохо, – сурово начал Макс, изображая добродетельного родителя.