Принцесса Конде

Но они не особо усердствуют, потому что понимают: королю осталось жить не больше полугода. А дальше понятно, что будет: официальное регентство получит или Анна, или Анна и Гастон Орлеанский.

– Так. А неофициально? – тотчас спросил Андре, моментально уловивший суть.

– Неофициально всем сейчас заправляют кардинал Мазарини, господин де Шавиньи и господин де Нуайе. Ришелье перед смертью распределил все ключевые должности между людьми, которых выбрал сам.

– И король не воспротивился? – с нескрываемой иронией осведомился де Линь.

Барон выразительно хмыкнул.

– Вы, кажется, француз? Простите, что лезу не в свое дело, но…

– Француз, – Андре улыбнулся. – Просто король мог измениться за то время, что я его не видел.

– Король если и изменился, то в худшую сторону. Особенно после того, как Сен-Мара на пару с его приятелем де Ту отправили на эшафот. Хорошо, что это произошло в Лионе, а не в Париже. Людовик вряд ли вынес бы это печальное зрелище.

– О Сен-Маре мы поговорим потом, эта фигура навсегда выведена из игры.

– Ищет союзников, особую благосклонность питает к господину де Нуайе. Король, как всегда, подозревает свою августейшую супругу в связях с Испанией. Ну, на эту тему рассуждать лучше не мне, а вам. Даже если подозрения и имеют под собой основание, то королева стала куда спокойнее и предусмотрительнее. К тому же ее ближайшая подруга, госпожа де Шеврез, все еще находится в Англии.

– Переехала в Брюссель некоторое время тому назад и активно переписывается с королевой, – шевалье де Линь улыбнулся снова.

– Вот как! А вы жаловались на то, что из Испании плохо видно окрестности Лувра!

– Не настолько плохо, как хочется некоторым. Впрочем, это неважно. Пока король жив – госпожа де Шеврез не вернется во Францию. Итак, оставим это. Фигура номер два – сам господин де Нуайе.

– Будет юлить и стараться услужить всем. Пока что поддакивает Шавиньи и Мазарини, но я не сомневаюсь, что при первой возможности предаст и того, и другого, если ему представится случай возвыситься.

– И сторону королевы, разумеется?

– Разумеется.

– Похоже, милейший Нуайе считает, что он самый ловкий интриган при дворе! – Странно было видеть на кротком лице Андре де Линя презрительную гримаску. – Ладно. Учтем это и пойдем дальше.