Роман для нежных женских душ. Часть вторая

Все разведчики разом повернули головы в направлении командира. Старлей нахмурился, строго посмотрел на свое воинство, взглянул на часы и… Махнув рукой, сказал: – А давай! «Почему бы и не окунуться? Вернёмся в казарму бодрыми и отдохнувшими».

Для бывалых разведчиков найти источник – плевое дело. Это ж не затаившегося снайпера обнаружить! Через десять минут они уже стояли перед небольшой, метра три в диаметре серо-зеленой пузырящейся лужей, от которой исходил запах преисподней. Вот-вот из этой жижи и души грешников всплывут…

Из ступора всех вывел зычный голос командира: – Расступилася вдруг перед нею мать сыра-земля, и разверзлася вся преисподняя огненная … – В дополнение к недюжинной силе, Михаил был единственным в разведгруппе с высшим образованием и знал два иностранных языка.

 – Ну, кто первый?

Разделись быстро, но прыгать в жижу никто не спешил. Аслан замешкался, полагая армейские трусы частью собственного тела. Воспользовавшись паузой, Сашок поощрительно хлопнул себя по мускулистым ляжкам и провозгласил: – Минуточку внимания, бойцы! А ну, проверим на деле, кто у нас самый крутой.

Аслан, твой выход!

Все произошло в считанные секунды. Вместо того, чтобы постепенно войти в воду, опираясь для страховки на заготовленные лаги, Аслан, коротко разбежавшись, прыгнул в источник. Послышался какой-то хлюпающий звук и голова парня исчезла под водой.

Разведчики замерли. Почти ни для кого не было секретом, что температура в глубине термальных источников доходит до 60 градусов! Все ждали, что вот-вот появится голова Аслана, он выбросит вверх руку с поднятым большим пальцем и позовет товарищей разделить его радость.

Но Аслан плохо плавал…

Михаилу это было известно. Ни секунды не мешкая, он бросился в серный раствор. Нырнуть головой и вытащить Аслана руками старлей бы не смог. Поэтому он солдатиком погрузился в глубину, ногами нащупал тело товарища, зажал его как тисками и потянул наверх. Еще усилие и вот они оба выбрались на край ямы.

Реакция на случившееся была неожиданной: вместо командирского рыка и возгласов сочувствия раздался гомерический хохот, причем громче всех смеялись сами незадачливые купальщики.

Взору открывалась, что называется, картина маслом: у края источника сидели две здоровые гориллы, не успевшие разомкнуть объятия. Весь волосяной покров их ошпаренных тел был густо покрыт ржавым мхом. Это были уже не сослуживцы, а братья, и не по оружию, а по происхождению…

Демобилизовавшись, друг друга из виду не потеряли.