Баба Мотя идёт по следу – 2. Сборник детективов

– А предложить встречу с художником, который смог бы нарисовать портреты по его описанию – не судьба было?

– Предложили! Обещал завтра быть у той самой арки – там его территория. Но велел придти кому-то одному. И только потом он будет общаться с художником. Когда удостоверится, что рядом нет полиции. Он её боится до дрожи и потери дара речи.

– А насчёт машины – описал?

– Только марку и цвет. Номеров не видел – она к нему боком стояла. Девочка была усажена через левую заднюю дверь и машина тут же уехала.

Прямо с места рванула, без всяких поворотов, а приближаться он не рискнул. От греха. Вряд ли ему бы обрадовались.

– А как его зовут, бомжа-то этого?

– Максимом. А дальше не сказал – нет у меня отчества, ответил. Видимо, здорово его жизнь приласкала.

– По крайней мере, попросите его записать всё, что он знает, на диктофон. И заодно пусть расскажет о своих проблемах – вероятнее всего, ему нужно помочь с документами, работой или жильём, или найти кого-нибудь. Этим как раз полиция занимается.

Он помог в расследовании, помогут и ему, причём вне очереди.

– Попрошу, – ответила Зина, – только сильно сомневаюсь, что согласится. Его при слове полиция такая мощная дрожь пробивает…

Муромцев, который примчался к началу докладов, пожал плечами, показывая, что его это ничуть не задело:

– Уж такая у нас работа, что мы грязь разгребаем круглые сутки. Иногда эта грязь оказывается на человеке, но мы узнаём об этом только когда он закричит от боли. Но если счистить грязь жизненно необходимо, то крик игнорируется.

У нас часто выбора нет.

Группа дружно вздохнула: понятно, что полиция занимается тем, чем мало кто хотел бы заниматься, но и людям больно.

– Так что насчёт помощи – смогли бы вы ему помочь, если что? Или заплатите как важному свидетелю?

– Что он выберет, то и будет.

Но подруги зря так уповали на завтрашний день – бомж Максим исчез. И не только он, но вообще все бомжи убрались с этого района и полиции удалось обнаружить первого из них только после пяти часов поисков в совершенно другом конце города.

И полиция сразу поверила, что этот бомж понятия не имеет о каком-то Максиме, потому что у них принято держаться на своей территории. А если попадаешь на чужую, то могут и убить. Он хоть и бомж, а тоже жить хочет.

– И что теперь?

– Теперь будем исходить из того, что Максим рассказал бабе Зине. Проверить это невозможно, но будем считать, что у нас есть зацепка.

– Какая?

– Метод пленения.