Моя любимая Гиперборея. Бореи – наши предки?

А уверенность в том, что от человека добра ждать не приходится.

Я больше скажу – мы понятия не имеем, как у тамошних животных устроена внутренняя жизнь. Наши между собой не враждуют. Точно ли так же и в других землях? Ой, сомневаюсь!

– Но почему?

– Потому что вражда распространяется волнами – не воздуха даже, а того, чего мы не видим, а только чувствуем. Энергии, которой окутана планета. Энергия ведь живая. Всё воспринимает и передаёт дальше. Если там принято животных убивать, то это вполне могло заразить и всю расу животных.

И не только страхом и ненавистью к человеку, но и друг к другу.

– Какой ужас!

– Ещё бы не ужас!

– И что же делать теперь?

– Оставаться людьми.

– Думаешь, получится?

– Этого я не знаю. В этом я тоже сомневаюсь. По крайней мере, у части – получится, часть превратится очень быстро, а остальные – как выйдет.

Оба замолчали.

– Когда следующее совещание?

– Пока не решили окончательно. Если ничего не изменится, в день, который определил Правитель.

Если изменится, то в день, когда все будут готовы. Из Дома старейшин сообщат.

– А пока что нам делать?

– А пока мы можем только отобрать самые важные данные для хранения. Для тех, кто останется. А также их надо будет повторить, чтобы можно было взять с собой. А также для продолжения исследований. У нас ведь много наблюдений, которые было некогда обрабатывать, особенно в последнее время.

Так что отбирать будем то самое важное, что нам может понадобиться в других землях.

А всё отобранное нужно сжать так, чтобы можно было их унести с собой на любое расстояние.

Причём, я думаю, все уходящие бореи будут разделены на несколько частей. Не может переселиться такая толпа – в десятки миллионов человек – одновременно в одно место. Разве только в случае, если найдутся столь же обширные и благоустроенные земли, какой есть Гиперборея. Но на это надежды мало. Но и в этом случае отправятся не все сразу, а сначала – только передовые отряды, которым будет надо обустроить новую страну для сколько-нибудь терпимого проживания.

А на это потребуется время.

Вскоре в отделе было созвано общее совещание. Искор начал свою речь с сообщения, которое принёс после разговора с волком Рен. Повторив для всеобщего осведомления всё то, что он говорил Рену, Искор продолжил:

– Считаю, что даже до начала переселения наши животные вступили с животными приезжими в общение и очень многое смогли выяснить о жизни в других странах.