Сказание о Хранителе Времени

В отделе регистрации она предъявила всё необходимое, была зарегистрирована, указала примерный срок пребывания на планете – семь дней, оплатила на этот срок стоянку своего звездолёта и отбыла в город. Но предварительно запросила данные о комфортабельных гостиницах в центре города – чтобы близко и к местам отдыха и развлечений, и к магазинам: она достаточно была любопытна, чтобы прикупить какую-нибудь экзотическую одежду или сувенир – никогда не вредно поразить земных знакомых.

Пока местное такси везло её к выбранной гостинице, она обдумывала, так ли уж безобидна переданная ей посылка.

Понятно, что ни ей, ни её транспорту ничего не грозило, ибо отправитель всё-таки хотел, чтобы посылку получили, но будет разумным её всё-таки просканировать перед отбытием. А то мало ли что?

Город на Дорми особого впечатления не произвёл: жители вселенной как-то перестали считать, что следует придавать неповторимое очарование каждому городу, где бы он не находился.

Победила функциональность. Но было достаточно много обеспеченных людей, вроде родителей Дорми, которые могли позволить себе на свой (и архитектора) вкус обустраивать своё жилище и свои угодья.

Поскольку проблемы передвижения больше не существовало, вся территория планеты Земля (и прочих) была равномерно заселена и обустроена. И если где-то находились объекты, достойные более пристального внимания, то как раз на территории, ранее именовавшейся сельской, а не в городах.

И, как убедилась Дорми, так было не только на Земле! Но, возможно, она торопится с выводами? Она ведь пока так мало видела?

Отправилась она путешествовать не от безделья. Она была архитектором, только что получившим диплом. В качестве подарка от семьи она получила, как и мечтала, неплохой участок – гектаров сто – рядом с лесом и большой рекой. Но проекта дома у неё не было. И никаких заслуживающих внимания идей тоже не было. Она видела всё, что было построено на планете и ни один дом не вызвал у неё такого восхищения, чтобы захотеть для себя чего-нибудь подобного.

Это должно было быть что-то основательное и, в то же время, воздушное, при этом уютное и прекрасное. Но ни строения любых статусов прошлых веков, ни более поздние, вплоть до современных, ей не нравились настолько, чтобы объединить в сознании лучшее из виденного и создать именно то, что она когда-нибудь построит для себя.