Рыжее счастье

Она вкладывала в них всю свою любовь к этому худенькому, истощенному, смышленому мальчику, благодаря которому в этом доме звучал детский смех.

– Солнышко мое, потерпи, – Мара целовала Мишу в лоб, щеки, чувствуя нарастающий жар. Брат начал бредить. Он то приходил в сознание и тогда тихо скулил от боли, то умолкал, впадая в беспамятство.

Миша умер на руках Мары, так и не дождавшись машины «скорой помощи», которая все-таки приехала к нему. Так получилось, что вместе с врачами порог дома переступила вернувшаяся Катерина.

Расталкивая людей в белых халатах, она выронила из рук пакет с продуктами и вбежала в комнату, где на кровати в неестественной позе лежало безжизненное тело ее сына. Оттолкнув Мару, она упала перед ним на колени, целуя свесившуюся тонкую ручку. Потом она страшно закричала и начала трясти Мишу, пытаясь посадить, но у нее ничего не получалось. Голова Миши безвольно болталась так, что подбородок касался груди. Врачу едва удалось оторвать руки матери от сына. Медсестра быстро сделала ей укол, после которого Катерина перестала кричать и замолчала. Еще через несколько минут, задав Маре вопросы, доктор объяснил, что это, скорее всего, перитонит. Мишу вряд ли бы довезли до больницы живым – слишком ослабленный организм. Врачебный термин прозвучал для убитой горем матери приговором. Она поднялась и застыла, не сводя глаз с Миши. Мара подошла, обняла ее, не вытирая потоки слез. Девочка не понимала, как можно перенести такое горе. Страдания маленького брата, которые она ничем не могла облегчить, навсегда останутся в ее памяти. Неужели можно прожить долгие годы с таким прошлым? И будет ли в будущем хоть немного счастья, покоя? Мара обнимала мать, не понимая, чего хочет больше: успокоить ее или себя. Катерина снова резко отвела руки дочери и посмотрела на нее таким взглядом, словно давно и открыто ненавидела ее. Мара отпрянула. Она уже видела однажды этот взгляд. Это было после смерти бабушки. Тогда Мара сказала себе, что должна понять горе матери, дать ей прийти в себя. Почему она снова забывала, что и для Мары смерть Миши – это очередная потеря? Почему она не помогает ей пережить горе? Ведь вместе всегда легче, так всегда было и будет.

– Мама, мамочка! – Мара протянула к ней руки, снова пытаясь стать ближе в эту трудную минуту, но Катерина покачала головой, сделала отрицательный жест. Она снова бросила на дочь взгляд, в котором явственно читалось, что она бы с удовольствием увидела на месте Миши ее, Мару.