Тайна Михайлово

– Хорош байками меня травить, – рявкнул дед. – Не до того сейчас.

– Угу, – тухло отозвался Федя.

– Ее могли потерять, – заявил старик, перестав крутить куклу в руках, – наверняка из чьей-то коллекции.

– Н-да, – усмехнулся Федя. – Было б хорошо, если б нам удалось ее продать. Выбросить жалко, а никому такую не подаришь.

– А это неплохая идея! – глаза старика заблестели, и он похлопал сына по плечу. – Ох, Федька, знал я, что ты у меня голова. Ладно, давай поворачивать домой… Нет смысла больше тут сидеть.

Федя ничего не сказал. Взял железное ведро, стоявшее рядом, заглянул в него и скривился.

– Пап, но ведь рыбы-то почти нет, – кисло проговорил он.

– Но, а что делать? – пожал плечами дед. – Позавтракать хватит…

Федя снова что-то пробурчал.

– Ладно, не сердись, – вздохнул дед. – Все скоро изменится, я обещаю. Мы еще разбогатеем. Да и сейчас не пропадем. Пенсии моей пока хватает и то хорошо. У матушки вон, молоко неплохо скупают. Сейчас отдыхающих побольше понаприезжает, будет легче.

– Я надеюсь, – вздохнул Федя.

Петр Иванович положил куклу возле себя на сидение, а сам опустил под него руку. И, достав грубо сколоченный из досок ящик, начал возиться с удочкой.

А Федя, не зная, чем себя занять, уселся на доску-сидение напротив. Снова глянул на игрушку, которая почему-то виновато улыбалась ему.

В лицо ударил холодный ветер. Стало не по себе.

– Гроза будет, – выпалил Иванович, обведя недоверчивым взглядом тучи. – Не знаю, сегодня иль завтра… Но ветер дует оттуда, там точно пролилось.

– Ладно, давай домой, – кивнул парень. – Тогда уж и правда, нечего тут уже делать…

Забрав у отца весло, он молча погреб. Вода по-прежнему казалась киселем. В какой-то момент Федя даже облизнулся, вспомнив, что дома еще осталось поллитра этого напитка.

Плыли рыбаки молча. Почему-то и говорить совершенно не хотелось. Но причина была даже не в неудачной вылазке.

Тревожная тяжесть осела на сердце.

Федя повернул голову и внимательно вгляделся в вдаль. Несмотря на волны, стояла подозрительная тишина. Не было слышно и даже не видно ни одной чайки, которых тут обычно кишмя кишит.

Но почему тогда вдруг стало так трудно дышать? Воздух стал словно бы густым…

Петр Иванович тоже почувствовал это. Сдвинул брови и посмотрел в сторону приближающегося берега. Вон там, за песчаной полосой виднелись дома.