Игра теней

Она говорила правду: зачастую Даше доставалась роль хранительницы секретов обеих подруг. – Тебе виднее…

Даше не всегда нравилась роль шкатулки, в которой обе ее подруги любили хранить свои тайны. Ей зачастую самой было нужно поделиться с кем-то своими. Сима редко была готова выступать в качестве внимательной слушательницы. В силу склада своего характера она не могла оставлять услышанное без комментариев, советов. Ее прагматичный ум не мог выносить ничего, что не укладывалось в четкую схему ее мироощущения. Марина была слишком эмоциональна – она, едва успев выслушать, через мгновение начинала плакать или смеяться, полностью входя в состояние подруги.

Все же чаще Даша делилась именно с ней. Они больше понимали друг друга, никогда не осуждали за откровенные ошибки, поступки, лишенные логики. Может быть, из чувства благодарности за это Даше не хотелось продолжать неприятный разговор, затеянный Симой. Зачем заниматься сплетнями? Все идет замечательно: прошло совсем немного времени. Кажется, совсем немного, а Лидочке уже исполнилось четыре года. Из несмышленого карапуза она превратилась в наблюдательную, очень бойкую девочку, имеющую на все свое мнение, с которым заставляла считаться всех, особенно Марину. На нее девочка имела особое влияние, безграничное.

Как летит время! Марина не брала академический отпуск, потому что Сергей и его родители настояли на продолжении учебы без перерыва. Лидия Павловна взяла на себя большую часть забот о внучке. А когда через месяц у кормящей мамы пропало молоко, и вовсе заявила, что сама справится со всем.

– Мариночка, ты должна учиться. Мне заботы о вас только в радость. Послушай меня, окончи университет без отпуска. Мы с дедом постараемся, чтобы и ты, и Сережа учились. Это очень важно для вашего же будущего. Образование никогда никому не мешало, а погрузнешь в пеленках, не захочешь снова садиться за учебники.

– Какая вы, мама Лида, какая вы… – благодарно обнимала Марина свекровь, а Даше потом то и дело рассказывала, как ей повезло.

– Вот и у меня появилась мама, Дашуня, настоящая семья, близкие люди.

Я им нужна, они не сбрасывают меня со счетов. Для меня это в диковинку, – вытирая слезы, говорила она. – У меня обязательно будут еще дети. И я постараюсь относиться к ним одинаково – без любимчиков и отвергнутых. Веришь?!

Это была самая болезненная тема для Марины – равнодушие со стороны родной матери и желание излить на своих собственных детей всю любовь, на какую только было способно ее сердце.