Кайрен. Темное наследие

– Или ты ешь, и мы отправляемся в дорогу, или ты ешь, но уже сидя на моих коленях, и потом мы отправляемся в дорогу.

– Ем, – недовольно проворчала девушка и, как только ей позволили слезть, проворно отскочила.

Кирстен налил в тарелку вчерашний холодный суп. Руки его слегка засветились, и от еды пошел горячий пар.

– Ешь, пожалуйста.

Кайрен с неудовольствием взялась за ложку.

– Теперь ты меня точно можешь не опасаться, – хмыкнул Кир, садясь со своей порцией. – Я капризных маленьких детей точно насиловать не буду.

Кайрен слегка поперхнулась. Стоило признать, что Кирстен был прав – вела она себя как маленький ребенок. Глубоко вздохнув, девушка произнесла:

– Кир, прости за вчера. Я не должна обижать тебя недоверием. И я обещаю, что не буду вести себя так, как…

– Как?

– В общем, такого больше не будет, – выпалила Кай, запихнула в себя последнюю ложку супа и вылетела из комнаты.

Сзади донеслось ехидное:

– Ага, ага, уже вижу – изменения на лицо.

Тихо ругнувшись, Кайрен вышла на улицу.

Каррисы сидели на большом расстоянии друг от друга, изредка порыкивая.

«Илая, что случилось?» – Кай подошла к большой кошке.

«Этот…темношерстный, считает, что поймал оленя для меня! Для меня! Лучшей охотницы в клане!»

«Понимаю, тяжело это признавать… Дам тебе время смириться с тем, что ты у меня в долгу» – лениво сощурился Сардар, медленно направляясь к вздыбившей шерсть Илае. «Потому что, благодаря тебе, милая охотница, мы могли бы остаться без ужина».

«Это я ее выследила!» – мгновенно взвилась карриса.

«И ты же ее спугнула» – спокойно отозвался Дар.

«Убью!»

«Догони сначала».

– Так, стоп, ребята, нам в путь пора, – Кай миролюбиво подняла руки. – Выяснением отношений займетесь вечером.

– Я что-то пропустил? – Кирстен вышел из домика для егерей, заблокировал нертом дверь и поправил заплечный мешок.

– Ничего особенного, – Кайрен успокаивающе погладила шерсть снежной кошки и залезла на спину.

– Тогда трогаемся, к вечеру должны быть у первой деревни.

Кай ехала на снежной кошке, погруженная в свои мысли, и немного на себя злилась. За последние несколько дней она плакала уже два раза, чего с ней не случалось в принципе со смерти брата.

«Глупая, слабая Кайрен! Нашла из-за чего сырость разводить. Ты менталистка или кто, в конце концов?»

«Не будь к себе строга, девочка» – в голове раздался спокойный голос Илаи.