Кайрен. Темное наследие

Кайрен молчала, понимая, что он прав. Во всем прав.

– Надеюсь, я поступаю верно, – прошептала девушка, выходя из тюрьмы.

* * *

– Итак, сегодня второй день заседания. Сегодня решается судьба кузнеца, Малфура Лиона, обвиняемого в убийстве, Джека Карина, сына старосты Нельса Карина. И пусть приговор будет справедлив!

После очередной вступительной речи, присутствующие сели.

– Ниир Малфур, Вы приговариваетесь к смертной казни, за убийство Джека Карина, путем отсечения головы.

Зал одобрительно загомонил, староста удовлетворенно кивнул.

Кайрен подняла руку, призывая к тишине.

– Это еще не все детали данного дела. Ниир Карин, мне, для уточнения вопросов по делу, придется провести считывание мыслей за тот период, когда было совершено преступление. Даете ли вы согласие?

– Я? – поперхнулся воздухом староста, а осужденный неверяще поднял глаза. – По какому праву Вы меня в чем-то подозреваете?

– Ниир Карин, даете ли Вы согласие? – с нажимом проговорила менталистка.

– Кайрен, что ты делаешь? – прошептал Кирстен.

– Так даете или нет? – повторила девушка.

– Нет! Я ни в чем не виноват! Что вы себе позволяете? – закричал староста.

– Взять его под стражу, – спокойно проговорила девушка. – Прошу зафиксировать то, что господин Карин отказался от добровольного содействия следствию.

– Это произвол! Я буду жаловаться верховному егерю!

– Сейчас мы выясним, есть ли тут повод для жалобы, – почти кровожадно произнесла телепатка и привычно скользнула в чужие мысли.

Правда, встретила легкое сопротивление, но лишь отмахнулась от этого, как от надоедливой мушки.

* * *

– Джек, ты сошел с ума? Зачем ты трогал дочь кузнеца? Он уважаемый человек в деревне. Она же непременно ему нажалуется.

– Отец, – недовольно поморщился белокурый и голубоглазый парень, видимо сын старосты.

– Ладно, я закрывал глаза и отваживал отсюда отцов других опозоренных девушек, но от этого трудно будет избавиться.

Я ищу тебе достойную партию, а ты? Ты что делаешь?

– Отец, ничего не будет.

В дверь громко постучали.

– Открывай, Нельс, иначе клянусь, я дверь вышибу.

Староста побледнел.

– Иди на второй этаж, скажу, что тебя дома нет, и, чтобы носа своего не показывал! – шикнул Карин на покрывшегося бисеринками пота отпрыска.

Когда староста открыл дверь, за порогом обнаружился Малфур, буквально волоком таща упирающуюся и рыдающую дочь.