Непримиримые разногласия

Намёк был верно истолкован, и подруги поспешили покинуть святая святых господина модельера, уступая очередь следующим счастливицам в поистине нескончаемой очереди на приём. Трина с Арисой живо обсуждали ткани и фасоны будущих нарядов, желая угадать, насколько красивыми они будут и как подчеркнут их стройные фигурки. Увлечённые разговором, они не замечали, в каком печальном настроении прибывала их подруга. Симила не поддерживала воодушевление и в беседе не участвовала. Она угрюмо плелась сзади, перечисляя в уме все лакомства, от которых должна была отказаться в ближайшее время.

То и дело вздыхая, девушка заняла своё место в карете терпеливо дожидавшегося их извозчика и отправилась домой, всю дорогу так и не проронив ни слова.

Глава 2 Неожиданный срыв

– Дорогая, придёшь ко мне завтра на обед? – вопрос Трины застал меня возле входной двери.

– Пожалуй, я какое-то время воздержусь от обедов, – я на секунду задумалась, – как и от завтраков с ужинами… – и продолжила свой путь к неминуемой и, несомненно, нелёгкой встрече с маменькой.

Трина ехидно усмехнулась и решила не добивать меня, справедливо рассудив, что я уже пребываю в достаточно упадочном расположении духа. Пожелав хорошего дня, девушки отправились дальше. Их прекрасный день продолжался, как и продолжалось моё плохое настроение. Обсуждать приём, как и то, что я непозволительно поправилась накануне такого знаменательного события, решительно не хотелось. Стараясь ступать бесшумно, я, подобрав юбки, кралась мимо гостиной, намереваясь проскользнуть мимо, дабы избежать расспросов о поездке.

Однако мать была наготове и не позволила своему отпрыску, то есть мне, так просто улизнуть, не поведав новостей.

– Явилась, наконец! Я уже места себе не нахожу! – караулившая у дверей матушка застала врасплох и подхватила под руку. – Рассказывай скорее, как все прошло! – меня насильно потащили в комнату, не принимая во внимание слабые возражения.

Зарика, не обращая на нас внимания, сервировала стол. В центре красовался ягодный пирог, над которым поднимался дымок, распространяя потрясающий запах выпечки. Я судорожно сглотнула, вспоминая, что с утра мне так и не довелось перекусить. Маменька, воистину как демон искуситель, протянула кусочек пирога, заботливо отрезанного служанкой. Это было последней каплей. Предательски защипавшие глаза наполнили слёзы, и слова признания сами слетали с губ.