Девчонка с изнанки

– Можно с тобой покурить?

Лис прищурился и повёл плечами:

– Как хочешь, место не куплено.

Он полез в задний карман и протянул мне открытую пачку:

– Угощайся.

– Да фу, зачем мне эта отрава, – засмеялась я, разглядев в его руке «Данхилл». – Зачем ты такую дрянь куришь?

– Это дрянь? – удивился Лис и уставился на пачку. – Да брось…

– Ты работаешь с гатрийцами, а куришь вот это?

– Причём здесь гатрийцы?

– Они не научили тебя беречь здоровье? – я достала из кармана куртки пачку гатрийских сигарет: курево практически безвредное.

– Это всё равно, что леденцы курить, – отмахнулся Лис. – Баловство девчачье. Если уж дым глотать, так чтобы толк был.

– И в чём толк от никотина с дёгтем?

– Вот только лекций от минздрава не надо, – поморщился Лис.

Я вынула из своей пачки сигарету, и Лис проворно щёлкнул передо мной зажигалкой. Когда я прикурила, он великодушно сдвинулся на самый краешек пня:

– Присаживайся, места хватит.

Я села.

– Они все нормальные ребята, – сказал вдруг Лис.

– Кто?

– Мои гатрийцы. Они нормальные, надёжные. Если ты что увидишь, просто не бери в голову.

– Что я такое могу увидеть?

На вопросы Лис отвечать не любил. Вместо ответа он просто продолжил рассуждать:

– Мы давно вместе, я для них свой, они для меня как родные…

– Подожди-ка, я тебя не понимаю.

– Да брось! – фыркнул Лис и лукаво прищурился. – Ясно же, зачем тебя прислали.

– Меня прислали, чтобы я заменила вашего проводника.

Лис кивнул. Потом вздохнул и ещё раз кивнул:

– Конечно, зачем же ещё.

Я взглянула на его идеальный точёный профиль, попыталась поймать взгляд, но он избегал смотреть в мою сторону.

– Лис, объясни мне, пожалуйста, зачем меня прислали.

– Не буду.

– Почему?

Он промолчал. Потом глубоко затянулся дымом и покачал головой:

– Пусть я в группе один с изнанки, ты ничего от меня не услышишь. Хоть мы с тобой и земляки, я на их стороне.

Очень странно вот так иногда обнаружить, что такой вроде обаятельный с виду парень на самом деле параноик.

– Как это ты в группе один с изнанки? А Шокер?

– Что Шокер? – не понял Лис. – Он гатриец.

– Точно? А по-русски чешет лучше нас с тобой.

Лис пожал плечами:

– Он гатриец. Но приказал всем общаться на русском. Ребят сурово держит, чтобы вживались. Гатрийский у нас запрещён. А то у близнецов пока очень заметно по выговору, что они нездешние.