Девчонка с изнанки

А когда в электронный замок с той стороны кто-то вставил ключ-карту, я подобралась в кресле.

Командор Клайар с небольшой спортивной сумкой на плече вошёл в номер и замер, уставившись на нетронутую постель. Тяжело вздохнув, он процедил что-то неразборчивое, швырнул в угол сумку, потом снял и кинул туда же куртку и застыл в замешательстве.

– Если ты меня потерял, то я здесь, Йан.

Он метнулся к моему креслу.

– Ты что творишь, дрянь мелкая?! Ты что со мной делаешь? – он подскочил, выдрал меня из кресла одним махом и тряхнул так, что я думала, у меня голова оторвётся.

– Что такое? О чём ты?!

Он швырнул меня обратно в кресло, наклонился надо мной и прорычал:

– Как ты могла, чем ты думала?! Как ты могла скрыть от меня, что не долечилась?! Что же ты из меня мерзавца делаешь? Гордая очень, да?! И неважно, каково мне?

В такой ярости я его ещё не видела ни разу.

Никогда прежде, даже в самом сильном гневе Йан не делал мне больно. А тут мне впервые показалось, что сейчас он меня ударит.

Ступив чуть в сторону, Йан нажал выключатель на стене и зажёг круглый стенной плафон над журнальным столиком.

И глаза его, горевшие яростью, вдруг потухли в секунду. Он присел перед креслом на корточки.

– Что это? Что с тобой? Кто тебя так?.. Кира, тебе плохо? Ты бледная очень.

– Помоги мне встать.

Он вскочил, осторожно вытащил меня из кресла, взял мою голову в ладони.

– Ты меня обманула, и я отправил тебя если не на верную смерть, то на пытку. Я действовал вслепую, но мне ничуть не легче.

– Извини. Я просто… – глядя ему в глаза, я нашла единственную подходящую к случаю правду. – Я очень плохо подумала тогда.

Вот что стопроцентно работает в конфликте с мужчиной, так это признаться в собственной глупости. Тогда на тебя уже не злятся, тогда уже снисходят до жалости.

Он обнял меня крепко-крепко и наклонился, пряча лицо в моих волосах.

– Йан, ну что ты? Успокойся. Успокойся, или я разревусь сейчас, а мне сказали, что нельзя мне плакать.

Он мял меня в объятиях, месил, как тесто.

– Йан, мне ещё очень больно.

Он мгновенно отпустил меня, только придерживал за плечи.

– Почему ты ещё не в постели? – строго спросил он.

– Потому что мне хреново, Йан. Сил нет ни на что, даже раздеться.

Он неторопливо и осторожно раздел меня, гневно играя скулами при виде моих синяков, и бережно уложил.

– Как ты здесь оказался?

Йан опустился рядом на край кровати.

– Соскучился, – усмехнулся он.