Дерзкая

– Значит, вы ждёте, когда бывшие сослуживцы придут вам в ноги кланяться? А вы ещё поломаетесь для вида…

Олег угрюмо отмахнулся:

– Отстань! Ничего больше не скажу.

– Да мне ничего от тебя и не нужно, – фыркнула я. – Только скажи, разве бывают собаки с человеческими глазами?

– Не бывают, – буркнул Олег.

– Но я же видела это сама.

– Так пойди и расскажи об этом всему свету, – издевательски усмехнулся Олег.

– Вредина! – разозлилась я. – Я бы рассказала, только кто мне поверит?!

– На то и расчёт! – засмеялся Олег.

 – Кто ж поверит, что наши органы безопасности занимались подобным. Их там, в Твин Пиксе – это пожалуйста. А наши тут – ни в коем случае!

– И вы действительно занимались всякой ахинеей? – уточнила я, никак не понимая, где у него граница между издёвкой и правдой.

– А чем мы хуже ФБР? – развеселился Олег. – Не думаю, что разглашу государственную тайну, если скажу тебе, что наше родное ноль тринадцатое управление занимается именно ахинеей всех мастей: барабашками, летающими тарелками, телепатами, экстрасенсами…

– Тринадцатое управление, говоришь?

– Не тринадцатое, а ноль тринадцатое.

Раз упомянутые мной явления имеют место быть, то они должны изучаться… И небольшой, но довольно крутой персонал управления АНЯ до сих пор на своих постах. За исключением нескольких изгоев, вроде меня и Юрки…

– Аня? Какая Аня?

– Управление АНомальных Явлений, – пояснил Олег, весело глядя на меня.

– Ты это все на ходу сочинил! – упрямо повторила я.

– Отчего же?

– Оттого, что раньше вы делали из всего жуткую тайну и ничего такого не рассказывали!

– Не было случая… – Олег вдруг сбросил улыбку и сказал очень серьёзно: – На самом деле все то, чем занималось и занимается управление АНЯ, находится за семью печатями, персонал имеет наивысшую форму допуска.

Правда, я сейчас могу выйти на площадь и проорать всю информацию на весь свет. Или тиснуть страшную статью в бульварную газетёнку. Девяносто процентов читателей сочтёт меня придурком, остальные поверят, но и их вслед за мной тоже сочтут придурками. Поэтому при поголовном стихийном материализме нашего населения можно было и не засекречиваться до такой степени…

– Ну-ну, – проворчала я. Я все равно не верила Олегу. Вернее, не знала, чему из услышанного верить. И я решила верить увиденному: я поверила в существование пса с человеческими глазами. – А ты сам видел таких собак?

Олег не ответил, наверное, он решил, что и так много сказал. А сказал он, действительно, достаточно.