Наследники Беспределья

Совершенно точно не обошлось без взрыва. Все было искорёжено в клочки, обгорел даже металл.

Около пожарища Стерко обнаружил дежурный автомобиль департамента внешней защиты. Лэри бродил возле потушенных руин и бросился навстречу Стерко. Он не пустил Стерко туда, где несколько хаварров в спецкостюмах копались в обломках, вытаскивая из-под изогнутых балок какие-то куски. Только потом, когда эти куски уносили, Стерко удалось выяснить, что это такое. Это были обугленные части расчленённых тел.

Даже обычно такой красноречивый Лэри ничем не мог утешить Стерко.

Он крепко держал друга за плечи, пока они вдвоём осматривали то, что осталось от Калео и Миорка… И Лэри молчал. И Стерко молчал тоже, потому что пытался заставить свою голову работать в направлении поиска. Кто? Как? За что? И конец ли это?

От дома Калео остался фундамент и большой несгораемый шкаф, где Калео хранил семейные архивы, дорогие для себя вещицы, ценности и деньги. Когда пожарные стали его открывать, на свет извлекли сжавшегося в комочек чуть живого Зого.

Стерко отобрал ребёнка, хотя врачи и настаивали на отправке малыша в клинику. Да если бы он и согласился, никто не смог бы расцепить руки Зого, обвившие шею Стерко.

Стерко и его ребятишек отправили в пансионат департамента внешней защиты и поселили в отдельном охраняемом помещении. Всю ночь в затемнённых апартаментах раздавался безутешный плач Шото. Зого, к удивлению Стерко, молчал и спокойно лежал у него на руках. Но когда рассвело, Стерко с ужасом увидел, что серые глаза малыша пусты и темны.

В пансионате они провели после трагедии ещё месяц. Медики немного помогли сошедшему с ума ребёнку, но никому так ничего и не удалось узнать о том, что случилось в доме Калео, и как Зого оказался в шкафу. Об этом ребёнок упорно молчал, всякий раз начиная нервничать, когда его пытались расспросить о том, что он видел дома.

К Стерко и малышам никого не пускали, кроме тех ребят-защитников, которые разбирались в трагедии. Но вскоре ни у кого не осталось сомнений – это было дело рук вершителя.

Вряд ли престарелый владыка Беспределья мог лично опуститься до такой грязной работы, но по его наущению один из его вассалов легко расправился с близкими Стерко.

Это было вполне объяснимо: до того проклятого дня Стерко почти полгода бился с целой тёплой компанией вассалов вершителя, отлавливая их по закоулкам мироздания и вытесняя в Беспределье. Сеть вершителя была надорвана во многих местах, но о полном её разрушении говорить было ещё рано.