Наследники Беспределья

И его подавленное сознание не знало, что ему делать с новыми ощущениями, тревожащими и беспокойно болезненными…

Стерко решительно развернулся от двери и быстро прошёл в комнату Зого.

В большой светлой комнате не было ничего. Только толстый пушистый палас от стены до стены. Пол был забросан перемешанными фигурками от огромной мозаики puzzle. Зого сидел, скрестив перед собой поджатые ноги и оцепенело смотрел на маленький кусочек мозаики, выложенный перед ним. Кое-где что-то просматривалось, но в основном фрагменты были соединены кое-как, видимо больной выкладывал их совершенно машинально.

На звук шагов брата Зого даже не пошевелился. Стерко сел на пол рядом с ним и положил руку ему на плечо.

– С добрым утром… Ну, как успехи? О, уже кое-что сложил? Молодец. Старайся, у тебя все получится.

Братишка угрюмо взглянул на Стерко и процедил сквозь зубы:

– Трудно.

Стерко сжал плечо Зого и улыбнулся с готовностью:

– Конечно, трудно. Но это интересно и очень полезно…

Зого тоже улыбнулся, криво и неуверенно, и повёл рукой:

– Помоги мне.

Стерко растерялся. Заниматься ерундой у него не было ни времени, ни желания.

– Сам пробуй, не торопись, у тебя получится, – пробормотал Стерко.

Зого помрачнел. Он отвернулся от Стерко, нахмурив брови, долго смотрел в пол, потом взял ближайший к нему фрагмент мозаики и вставил его с краю, укрепив вниз картинкой.

– Не так, Зого! – спохватился Стерко, но Зого никак не отреагировал. Его взгляд стал угрожающе бессмысленным.

– Слушай, малыш… Шото на тебя жалуется. Довёл ты его, видно. Зачем ты его обижаешь? Он старается, помогает тебе… А ты его кусаешь, дерёшься. Нехорошо так вести себя с братом…

Зого снова повернулся к Стерко. Было видно, что он старается вникнуть в услышанное. Наконец, он немного виновато улыбнулся и склонил голову:

– Я не нарочно. Больно бывает… – он прижал ладонь к груди и доверчиво взглянул на Стерко. – Вот здесь больно…

Стерко вздохнул и покачал головой:

– Ты уж потерпи, малыш.

Темно-серые глаза взглянули на Стерко снова без всякого выражения.

Стерко замолчал, негодуя на самого себя. Ну что толку объясняться с несчастным больным ребёнком?

– Мне надо уйти ненадолго. Ты веди себя хорошо, ладно? Слушайся Шото, я прошу тебя… Ну, пока!

Стерко погладил его по голове, встал и пошёл к двери. За его спиной раздался резкий вскрик. Стерко обернулся.