Бедный Бобик

Наверно, так будет правильней…

– Не знаю… – ответил Денис, прислушиваясь к тишине своих чресл.

Стоя босыми ногами на влажном теплом песке и глядя на блаженствующую в воде Маргошу, Денис вспоминал этот разговор.

«Докрутился!.. – подумал он. – А море какое все-таки странное. То ли море, то ли не море. То ли вода и жизнь, то ли… не пойми что. Отсутствие жизни. Мертвая субстанция. Неизвестное вязкое пространство с непонятными свойствами… вроде моей жизни…»

– Э-э-э, милый, что-то ты совсем, по-моему, перегрелся, – сказал Денис сам себе и попробовал вбежать в тугую теплую воду.

Но на уровне коленей остановился и стал потихоньку смачивать тело – ладони, плечи, грудь. Маргоша махала ему рукой:

– Пап, плыви сюда! Смотри! Я на спине лежу!

Денис вернулся на берег, подошел к Оксане, сидевшей в шезлонге, и опустился рядом на песок, прислонившись к ее ноге. Он провел по ней щекой, и тонкие, незаметные глазу волосики привычно пощекотали ему кожу.

Денис обнял одной рукой Оксану, и они вместе стали смотреть на Маргошу, плывущую к берегу. Маргоша увидела, что родители любуются ею, и опять помахала Денису:

– Пап, пап, иди ко мне! Вместе полежим на воде, а мама нас сфотографирует!

– Сейчас! – крикнул Денис. – Мурашки прогоню и приду!.. Уже плыву-у! А ты, малыш, сама сюда заворачивай! – Он обернулся к Оксане: – В жизни так далеко не заплыву. Хоть здесь, говорят, и нельзя утонуть… в этом море…

Оксана вытянула ногу, к которой он прислонялся, и сказала:

– Маргошка становится все больше и больше на тебя похожа…

– Правда?

Оксана засмеялась:

– Ага, с затылка!

Денис заглянул снизу под переливающиеся стекла ее солнцезащитных очков, чтобы увидеть глаза жены.

– А на Дато?

Оксана выпрямила обе руки над головой, потянулась.

– А на Дато она никогда и ни в чем не была похожа. Она – просто моя дочь. И больше ничья.

– Как у вас всё… у миллионщиц…

Оксана пожала плечами:

– При чем тут мои деньги? Просто женщина – это настоящий родитель, а мужчина – носитель недостающего гена.

Гениальная задумка Создателя… – Она внимательно посмотрела на мужа. – Я знаю, о чем ты подумал. Я тоже об этом думаю… Иногда. Но я не могу оставить работу, Денис! Ни на девять месяцев, ни на два. Разворуют все, так разведут, концов не найдешь. Нищими останемся. Или сядем.