Ласточка

– Слушай, тут написано, смотри… Накарябано… Вот! Хорошо, что я не так несусь, как ты! – Кирилл от радости подпрыгнул на месте, как маленький.

– Что там? – Ника, которая уже залезла на уступ на скале, обернулась.

– Спускайся! Все ясно теперь! Спускайся, спускайся!

Ника спрыгнула, приземлилась на корточки и сильно ойкнула.

– Фу ты черт, неудачно как… – Она стала растирать ногу, морщась, а Кирилл, не обращая на это внимание, показал на выцарапанные буквы на скале. – Вот, видишь, написано: «родник» – и стрелочка.

– Да, точно… Здорово… – Ника перевела дух. – Ч-черт… Я… кажется… встать не могу.

– Что такое? – Кирилл встревоженно склонился к ней. – Подвернула?

– Не знаю… Боль такая… И не так уж высоко, просто на одну ногу приземлилась всей тушей.

– Да какая у тебя туша…

– Пятьдесят пять килограмм. Если на одну тонкую кость такая тяжесть будет, сломается. Я что, не знаю, как ноги ломают? Я-то, правда, никогда… Вот черт, а! – Ника встала-таки и попробовала сделать шаг.

– И далеко ты так допрыгаешь? – Кирилл с жалостью смотрел на девочку. – Больно?

– Да любую боль можно терпеть, не в этом дело. Как идти-то дальше? Придется возвращаться. Ты наших сам найдешь?

– А ты? – Кирилл нерешительно посмотрел на Нику.

– А я здесь посижу, на красоту посмотрю.

– А потом?

– Потом не знаю. Поможете все вместе мне до лагеря дойти. Да что за черт! – У Ники от беспомощности и обиды даже выступили слезы.

– Ты плачешь? Ты умеешь плакать?

Ника подняла на мальчика глаза.

– Я же живой человек.

– Ты – мастер спорта.

– Мальчики все-таки дебилы… – покачала головой Ника.

Кирилл с неудовольствием поморщился.

– Что? Не так? Не все дебилы? Ты считаешь, что мастер спорта не может плакать? Ладно, иди.

– Ты одна не боишься оставаться?

– А кого здесь бояться? Волков нет, змеи на людей не нападают, косули тоже. Людей… Вряд ли прямо сейчас какие-нибудь маргиналы родник пойдут искать, как мы с тобой.

– Да, там такие в Лисьей бухте есть… Я фотографии видел, когда мы собирались… Меня мама даже сначала не хотела отпускать…

– Что, за сыночка боялась? – улыбнулась Ника, еще раз попытавшись встать. – За бебена…

Кирилл обиженно поджал губы.

– Я – не бебен.

– Ладно, не обижайся… Нет, не смогу… – Ника закусила губу и села обратно. – Сломала, наверно… Ужасно больно.

– Сломала? – ужаснулся Кирилл. – И… что будет?

– Да ничего.