Вместо жизни…

Андрей послушно побрел за мамой. В каком-то смысле он был благодарен ей за то, что она пришла. Ему нужна была поддержка, но сам он о помощи просить бы не стал.

Он присел за стол, а мама стала делать ему чай.

– Андрюша, ты нас так напугал. Я уже думала о самом худшем.

– Из-за того, что Артём покончил с собой?

Женщина выдержала паузу. Голос сына был бесцветным. Это было нервное истощение.

– Из-за этого тоже. Но еще мы подумали, вдруг тебе стало плохо, и тебе некому «скорую» вызвать. Хорошо хоть что мы позвонили Наташе, и она сказала, что Кира вас развезла по домам, – она поставила перед Андреем кружку с крепким черным чаем, – выпей это.

Тебе немного поможет. А я пока сделаю тебе омлет с овощами. Тебе нужно хоть что-то поесть.

Андрей посмотрел на часы, было 16-00. А он ведь и правда не помнит, когда ел в последний раз. Он даже не мог вспомнить, ел он что-то вчера, или нет.

– Андрей, чтобы тебе не было так одиноко, я составлю тебе компанию, хорошо?

Молодой человек кивнул, но не сказал ничего.

Черный чай на самом деле немного помогал прийти в себя.

Через 10 минут перед ним стояла большая тарелка с овощным омлетом и бутерброды с колбасой.

Андрей при виде еды чувствовал скорее тошноту, чем аппетит, но не хотелось обижать маму. Да и сам он понимал, что поесть просто нужно.

Кое-как он принялся за еду, но большей частью он ковырял вилкой в тарелке.

– Ты чувствуешь вину за то, что произошло? – Аккуратно спросила его мама.

Андрей не знал, как правильно ответить.

Потому что он не хотел говорить о существовании дневника:

– Отчасти да. Мы были лучшими друзьями, а я не замечал никаких изменений. Хотя должен был. Мы ведь общались очень плотно.

– Ты взваливаешь на себя слишком большую ответственность. Я когда-то была в подобной ситуации… У меня была подруга, с которой мы тоже очень хорошо общались. Она вышла замуж и родила девочку. И вроде все было хорошо, и она была счастлива, и дочь любила. Но однажды она просто взяла, и вышла из окна 14 этажа, причем вместе с ребенком.

Андрей поднял глаза от тарелки и испуганно посмотрел на маму, а женщина продолжила:

– Моя подруга всегда была такой веселой и жизнерадостной, но я так же после их смерти корила себя за то, что не заметила никаких изменений в поведении, и не поговорила с ней по душам, не узнала, что ее тревожит. Я очень переживала, и чувствовала себя виноватой. Но моя мама однажды мне сказала одну умную вещь. И я ее слова на всю жизнь запомнила.