Сибирский папа

– Похожа, да. На мою первую жену похожа, на Валю.

– Мне кажется, я на вас похожа, – сказал кто-то внутри меня, тот, кто любит высказываться некстати.

– Мне тоже так кажется, – улыбнулся он.

Улыбкой – вот чем мы похожи. Как же это странно… Как можно улыбаться так же, как человек, которого ты видишь второй раз в жизни? В первый я еще была в том возрасте, от которого у нас не остается воспоминаний – никто не помнит, как начал ходить, как спокойно проходил под столом и не мог сам залезть на стул, тем более не помнит, как его вынесли из роддома или как он увидел белый свет…

– А есть у тебя мальчик? Парень, молодой человек…

Я подумала секунду.

Есть или нет?

– Вьются вокруг двое. Но в том смысле, в котором вы говорите – нет.

– Ты знаешь мои смыслы?

Я промолчала. Не такой уж он и простой. Симпатичный, не отнимешь… Но разговор пока не получается.

Отец заказал обед себе и мне, я не стала отказываться от еды, но уточнила свой заказ.

Выбрала еду, похожую на еду, а не на инсталляцию современного художника.

– Ты вегетарианка? – уточнил отец, когда мне принесли тарелку овощного супа.

– Нет.

– Привыкла экономить на еде?

Я пожала плечами.

– У нас дома нет культа еды. Мы все готовим, и мама, и я, и… – я чуть запнулась. Почему? Только что я спокойно произносила это слово. И всё же я договорила: – … и папа. Но у нас принцип – поели и забыли. Родители живут в своем мире.

– А ты? В каком мире ты живешь?

– Вам на самом деле интересно?

– Конечно.

– А раньше почему не было интересно?

– Всегда было интересно.

– Почему вы тогда со мной не общались?

– Будешь называть меня на «ты», скажу.

Я заколебалась. Абсолютно чужой мне мужчина. Нет, конечно, это он. И зовут его Анатолий Сергеев, и мама сказала, что это он… И улыбка у него, как у меня – на щеках обозначаются две внятные ямочки… Но странное чувство меня не покидало, а родственное – пока не возникало.

Я ведь хотела знать – какой он. Зачем мне это было нужно, теперь никто не поймет. Вот он, сидит передо мной. Но только я не знаю, какой он. Человек и человек. Я же не вдумываюсь, какая мама. Мама и мама – самая лучшая, всё как положено. И Вадик – самый лучший…

От своей собственной мысли я вздрогнула. Я никогда папу Вадиком не зову, потому что он – папа.