Софья, Вера, Надежда и, разумеется… Любовь!

Им же звонки разрешены, надо «симку» в колонии оставить. Недолго, правда, всего по пятнадцать минут раз в два месяца. Оформишь на себя, и следи потом за балансом.

– Поняла, – послушно кивнула Вера. – Спасибо тебе, Сонечка. Я удивляюсь, как ты умудряешься всё помнить!

– Зато у тебя собственное авторское ателье. Ты ведь не забываешь, если тебе что-то нужно для него оформить или подписать?

– Ой, – махнула Беркутова рукой, – иногда что-нибудь новенькое придёт в голову, могу часами сидеть в мастерской, кроить, рисовать, шить.

Иногда даже муж терял, – тихонько посмеялась она над собой. – А если бы не моя золотая бухгалтер, то и с бумагами у меня был бы полный хаос. Она у меня просто незаменимая, не только цифрами занимается, но и много ещё чем.

Мама незаметно подлила нам ещё наливочки.

– И правильно! Каждый должен заниматься своим делом. Талантливый портной шить платья красивые, хороший бухгалтер – держать бумаги в порядке. Давайте, девочки, за профессионалов!

От нашей помощи в уборке со стола мамуля с бабой Тоней отказались, потому мы не теряя времени отправились гулять по городу.

***

Я понимала, что везде и всюду нам везти не может. Но такой оборот событий мне и в голову бы не пришёл. В расписании свиданий на сегодня нашли «Беркутов И.Д. 1 отр. 11.00-15.00». А приём посылок сегодня или с 11 до 12, или с 16 до 17. И что мне делать с этим баулом, который мы вдвоём с Верой еле-еле втащили в такси? Караулить как Кощею своё злато больше пяти часов? Волочь обратно домой? Решила написать смс дяде Лёше.

«Тащите в штаб, сейчас спущусь». Приключения двадцатикилограммового баула продолжались. Кое-как допёрли вдвоём сумку до штаба. Спустился дяди Лёшин зам.

– Привет, Сонька, – весело подмигнул мне Пал Сергеич. – Тащите сюда, – кивнул он к столу дежурного. – Макс, после пятнадцати ноль-ноль заберёт… – он выразительно глянул на меня, я ткнула пальцем в Веру, – вот эта гражданка.

С ехидной усмешкой проследив, как мы прём баул, ухватив каждая за одну ручку, выдохнул:

– Ты ждать подружку не будешь? Ладно, что с вами делать, дистрофики.

Макс, мне позвони, спущусь.

– А что не так, Пал Сергеич? – насторожилась я.

– Донесу, вот чего! Она ж переломится это до приёмки волочь. Диеты, фитнесы… В деревню бы вас, и корову доить. Всё, до пятнадцати, гражданочка.

Кивнул Вере, снова подмигнул мне и исчез за рамкой пропускника.