Рудольф – председатель Совета Земли. Книга пятая

Они выполняли заказы на обследование и контроль поверхности только для заказчиков, имеющих доступ к секретной информации. Общественных экологических движений вообще не существовало. И я ринулась с головой в эту пустующую нишу!

Через пару месяцев на моём Форуме в Сети дискутировала компания энтузиастов, готовых на любые подвиги. Идеи я толкала примерно такие – чтобы жить на поверхности надо приложить все силы, чтобы её увеличить, эту поверхность, пригодную для проживания. Мы добьёмся – Совет нас услышит! И мы должны собрать под свои знамёна как можно больше сторонников, готовых к решительным действиям.

Видимо, мою активную деятельность зафиксировала Служба Безопасности и, проинформированный ими Рудольф в один прекрасный день явился в Школу и забрал меня домой на внеочередные каникулы.

Дома я получила нагоняй по полной программе:

– Ты что творишь? Кто тебя надоумил? Ты же девочка, ты даже Школу не окончила…

И всякие такие упрёки. Ни слова похвалы или, хотя бы удивления по поводу того, сколько я успела сделать за последние полгода!

Я замкнулась и впала в депрессию.

Сидела с наушниками в своей комнате и не хотела никого видеть. Ночью даже поплакала, хотя обычно мне это не свойственно.

Сначала ко мне пришла мама. Отца не было дома. После вчерашней выволочки он не спал всю ночь. Но утром всё равно должен был быть на работе «как штык».

Мама поставила вопрос примерно так – у Рудольфа самая важная работа, которую только можно представить в нашем мире.

А мы, его любимые женщины, должны обеспечивать тылы. Надо вести себя так, чтобы дома он получал только положительные эмоции!

Да, я была с ней согласна. Мне бы ещё понять, что именно вызвало такой гнев отца. Я-то рассчитывала совсем на другую реакцию. Я рассказала всё матери – она меня успокоила, что ничего ужасного я не совершила, а они с отцом по-прежнему меня очень любят. Ближе к вечеру примчался отец. Мама, видимо, дозвонилась ему, и он сам лично разобрался с материалами, которые были против меня собраны.

Он влетел прямо ко мне полный раскаяния. Попросил прощения, а я в ответ – рыдала в голос. Он посадил меня к себе на колени, как маленькую, и на ушко мне рассказывал какая я молодец.

– Мы с мамой и не заметили, как ты стала взрослой. Только плачешь, хуже маленькой! Я не помню, чтобы в детстве ты была такой плаксой…

– А ты меня и не обижал ни разу до вчерашнего дня!

– Ну, прости, не разобрался.