Рудольф – председатель Совета Земли. Книга пятая

Я была разочарована – хотя всё случилось именно так, как я и ожидала. Я не получила тех феерических ощущений, которые должны были случиться по канонам всей предшествующей мировой культуры. Может, дело во мне?

Джеральд, не получив повторного приглашения, грустно улыбнувшись намекнул, что жизненный опыт – это, конечно, прекрасно, но в любви всегда побеждают молодые.

Такой герой случился примерно через год. Даже не хочу называть его имени – до сих пор мне неприятно вспоминать этот эпизод.

Красавец, божественная стать и дивный голос – он поступил в Экологическую Разведку в качестве пилота.

Сразу начал оказывать мне знаки внимания – геройствовал по полной программе. И получил-таки приглашение в соту!

Эффект получился ровно тот же, что и с Джеральдом. А вот после – всё было гораздо хуже. Огорчённый супермачо так надоел мне с просьбами дать ему ещё один шанс, что мне пришлось прибегнуть к помощи отца. Его благополучно перевели с повышением куда-то далеко-далеко…

Тогда и состоялся наш с Рудольфом разговор на эту тему.

Я винила во всёх неудачах себя и готова была сделать вывод, что просто не создана для физической любви. Что-то не так у меня устроено там внутри, как у других женщин. Он меня всячески успокаивал, говорил, что я слишком ещё молода и призывал не торопиться со следующими попытками.

Я и не торопилась. Следующий раз – это вот этот самый – с тобой! И теперь я точно знаю, что устроена также как и все остальные женщины. Может даже лучше! И все стихи и артефакты, созданные по этому поводу это не сладкая ложь и даже не преувеличение.

Ты не думай, я долго запрещала себе это. Я пригласила тебя танцевать – помнишь, тогда перед первым рейсом в Неаполь? От этого танца я получила более яркие и запомнившиеся ощущения, чем от тех обоих свиданий вместе взятых. Но ты в своём времени муж Анюты и отец двоих детей. А в нашем – живёт Софи – ещё одна ваша дочь. Я понимала, что это не правильно, не честно, если я буду тянуть тебя в свою сторону.

Хотя женская интуиция мне шептала, что ты тоже меня любишь, и только такие же соображения не позволяют тебе сделать шаг мне навстречу. Я была права?

Разумеется, я уверил её в том, что она права. А про себя изумился столь высокоинтеллектуальному (ну и словечко!) анализу собственных ощущений, который и привёл нас обоих к этому счастью.

Она пообещала мне (даже больше не мне, а себе!), что никогда не будет претендовать на какие-либо права моей жены.