Ловец женщин

К сожалению, им с братом достались папины вихры: мышиного цвета. Да сейчас это и не имело значения. С тех пор, как отец погиб на войне, как Лука затерялся в армейских казематах, как маму увезли в «Центр изучения репродуктивного здоровья человечества», а Маруся осталась одна и вынуждена была скрывать свой пол, она не отращивала волосы. Раз в неделю обязательно брила череп. Коротко стригла ногти, бинтовала грудь, сажей пудрила лицо и носила кеды на три размера больше (хотя с детства любила лодочки с пряжками, и стопа у неё была узкая: настоящая женская ножка).

Она много ещё чего делала, чтобы походить на паренька.

Конечно, приходилось слышать шутки по поводу юношеского пушка и грязнули, но это во всех отношениях её устраивало больше, чем существование в качестве подопытной мыши. Хорошо хоть рост метр семьдесят позволял претендовать на мужчину.

Как же она ненавидела маскироваться под мальчика!

Всё чего она хотела: мира, семьи. Хотела бы встретить нормального парня, который бы полюбил её.

Она хотела бы жить в светлом городе с чистыми улицами или на окраине маленькой деревеньки в домике с собственным палисадником. Хотела бы работать в библиотеке, где вкусно пахнет бумажными книгами, а электронные газеты приятно шуршат в руках, где свет льётся в арочные окна и читатели приходят сплошь интеллигентные, умеющие говорить без мата и шутить по-доброму. Хотела бы встретить человека, который носил бы её на руках, целовал, смеялся, пел песни, водил на танцы и на футбол. Хотела иметь нормальных соседей, желательно и женщин тоже. Мечтала ухаживать за садом…

Дом… декабрист на окне, книги, разбросанные по полу. Пушистая кошка, дремлющая на залитой солнцем завалинке, дорожка в малиннике, исцарапанные ноги детей. Крепкий мужчина косит траву. Она любит его. Именно он беспокоиться об их благополучии. Наверное, Маруся ни за что бы в этом не призналась, но она всё ещё верила в счастливые концы.

Она хотела бы не бояться, не оглядываться на каждый шорох, не менять место жительства раз в два месяца, не паниковать из-за каждого пристального взгляда.

Такие простые, но недостижимые радости! Быть счастливой, любить без оглядки! Как ей надоела эта война, надоело послевоенное время, надоела охота на женщин, нищета, одиночество, вечный голод, страх!

Она видела картинки, на которых взрослые спокойно шли по улице, держа детей за руки.