Изнанка мести

«Девушки – обладательницы маленькой груди не понимают своего счастья, – в который раз за последние пять лет подумала она, – ты можешь иметь идеальные пропорции, но пышный бюст в два счета превратит тебя в пампушку». К тому же, одежда стандартных размеров Вике не подходила: если была хороша в талии, то натягивалась выше как на бочке, если бывала хороша в груди – пиши пропало – висела мешком в остальных местах. Вика давно шила наряды на заказ: начиная с нижнего белья и заканчивая шубками. Хорошо хоть она себе это позволить могла.

А если б денег не было?

Повернулась и посмотрела на бедра и попку. Вспомнила разговор с Ольгой, когда жаловалась подруге на апельсиновую корку. Им тогда было лет по пятнадцать?

– Оль, посмотри, у меня целлюлит на икрах?

– Что?

– Целлюлит!

– Где? – брови Ольги домиком сошлись над переносицей.

– На икрах! – возмущенно вопила Вика.

– Хочу уточнить, – Ольга склонилась, силясь рассмотреть хоть что-то, – ты знаешь, что икра – это часть ноги между коленом и щиколоткой?

– Конечно! Там целлюлит?

– Ты с ума сошла? – подруга строго покрутила пальцем у виска.

Надо сказать, Оля имела абсолютно здоровое отношение к себе и своей внешности, а ведь она была очень красивой! Голубые глаза, напоминающие то воду в солнечном бассейне, то россыпь хрусталиков льда, завораживали. Она страстно любила менять прически и цвет волос. Ей шел и зеленый оттенок, как у кикиморы, и золотистый, как у Барби. Огромные очи подстраивались под выбранный цвет и превращали Ольгу в загадку.

Вике давешний разговор она не забыла и при любой жалобе на внешность выдавала: «Только попробуй мне сказать про целлюлит на икрах!»

Подруга была для Вики благословением небес. Во всем мире не было человека ближе и роднее. Они вместе учились с первого класса, когда худенькая синеглазая девочка с цветными резиночками, в конце второй четверти впервые появилась за Викиной партой. (Ольгина семья переезжала с места на место вслед за отцом до той самой поры, пока дочка не пошла в школу).

С тех пор они почти не расставались. Играли в куклы каждый день, ночевали друг у друга, шушукались под партами и читали одни и те же книжки. В общем, делились любыми радостями и горестями и секретов друг от друга не заводили.

Когда родителей Вики не стало, Ольга превратилась в настоящую сестру. Она день и ночь слушала Викины стоны, не обижалась, если та внезапно замолкала, помогала с учёбой, прикрывала от любопытных. Сочувствие стало её вторым «Я».