Анти-Авелин

Многочисленные зеркала отражали всю эту феерию света, вызывая ощущение нахождения в параллельном мире.

– Иннокентий Петрович, труп здесь.

Прикрывая рукой глаза от солнца, Петрович двинулся на голос.

В углу зала в луже крови лежал труп молодого черноволосого мужчины в дорогом шерстяном костюме. В правой руке жертвы были зажаты деревянные четки с крестиком. Больше ничего в его облике не говорило о его религиозной принадлежности.

Петрович присел на корточки и стал разглядывать рану, которая начиналась от виска и заканчивалась над ухом.

– Семенов, перчатки! – Через несколько секунд Петрович почувствовал в своей руке холодную шелковистость резиновых перчаток.

Он аккуратно раздвинул слипшиеся от крови кудри. Рана была короткая, глубокая и с ровными краями. Все говорило о том, что нанесена она была колющим предметом. Скорее всего – маленьким топориком для работы в саду или кухонным топором для разделки мяса.

– Орудие убийства найдено?

– Еще нет. Но у нас уже есть подозреваемый. Верней, подозреваемая.

Только сейчас Петрович заметил незнакомого человека в мятом сером костюме, он-то и ответил на его вопрос.

– Николай Николаевич Сомов, помощник прокурора, – протянув руку, пояснил человек в мятом костюме. Он на самом деле был очень похож на свою фамилию: большие растянутые губы, маленькие, широко посаженные глаза и тоненькие усики над верхней губой.

– Ландрин Иннокентий Петрович, зам руководителя по оперативной работе.

– Так кто же подозреваемая?

– Хозяйка дома, Елизавета Федоровна Бжозовская.

Ее задержали ваши оперативники, когда она пыталась скрыться через заднюю калитку сада, после признательных показаний одной из девушек-служанок, ставшей случайным свидетелем убийства. Бжозовскую сейчас допрашивает следователь ФСБ.

– Следователь ФСБ? Она что, незаконно пересекла границу или является агентом иностранной контрразведки?

– Про нее ничего не могу сказать, а вот Габриэль Каре, – так звали покойного, – был в разработке ФСБ. Это все, что я знаю.

В зал вошел молодой подтянутый парень на вид лет тридцати пяти, не больше, с тонкими чертами лица и большими умными глазами.

– Саламатин Алексей Витальевич, старший следователь ФСБ… – Его рукопожатие, несмотря на тонкое запястье, оказалось сильным, как у натренированного спортсмена. – А вы – Ландрин Иннокентий Петрович? Меня предупредили о вашем приезде. Вам уже рассказали в двух словах, что здесь произошло?

– Только в двух словах.

– Вы мне нужны для разговора.