Люби меня сейчас

– Давай за знакомство, – неуверенно соглашаюсь я и делаю первый глоток.

– Ты какая-то напряженная, – вдруг заметил Егор, осушив свой бокал залпом, – может быть, сделать тебе массаж?

– Нет-нет, благодарю, – я подняла ладонь в останавливающем жесте и отступила на шаг.

– Ну, как хочешь, Мышка-малышка, – усмехнулся Егор, цепким взглядом просканировав мою фигуру, задерживаясь то на груди, то на талии, ногах и возвращаясь к губам.

Каков наглец, а? Рассматривает и даже не пытается скрыть этого!

– Покажешь квартиру? – вдруг спрашивает он.

– Эм… – замялась я. После согласия выпить вина и такого тщательного осмотра моей фигуры, в просьбе показать квартиру мне почудилась двусмысленность.

– Я просто прошу познакомить меня с жилищем, – сказал Егор, снова наполняя свой бокал, – но ход твоих мыслей мне нравится.

– Что? – возмутилась я. Что он там себе уже надумал?

– Перестань сердиться, хотя так ты выглядишь еще сексуальнее. Я же сказал, что не сделаю ничего, пока сама не попросишь. Пошли, поищем мягкий уголок, где можно приземлиться.

Я сегодня весь день на ногах, устал.

Вот идиотка. Человек после работы. Устал. Хочет отдохнуть, а я уже напридумывала про него.

Егор подхватил бутылку и, не дожидаясь от меня приглашения, пошел в гостиную.

– Уютно у тебя здесь, – он уселся в центр дивана. – Давай падай, не стесняйся, – похлопал он по месту около себя.

Знаете что? Я к такой откровенной наглости не привыкла. Села на кресло, поджав под себя ноги. Егор по-прежнему не сводил с меня глаз.

Что-то изменилось в его взгляде, когда я села не рядом, а в кресло. Не усмехался в своей привычной манере, но смотрел более заинтересовано, что ли.

– Еще тост? – спросил он. – Давай выпьем за отличную компанию. Чтобы всем всегда было с кем провести время.

– Хороший тост, – согласилась я и чокнулась.

– Это что? Фотоальбомы? – спросил он, поднимаясь с дивана. – Я взгляну?

Я кивнула в ответ и встала, чтобы достать.

– Вытаскивай все! Люблю старые альбомы. Сейчас их не собирают, в основном все на электронных носителях хранят.

Он помог достать со стеллажа тяжелые бабушкины альбомы, которые она оставила здесь после переезда. Мы разложили их на полу и сели рядом.

– Ты только понюхай, как же они пахнут, – мы сидели близко, и мужчина касался меня почти все время, когда перелистывал страницы альбома.

Я ничего не говорила, лишь наблюдала, как Егор с каким-то детским восторгом вдыхает аромат старого, сделанного еще в советское время альбома.