Фуллер

Сел на переднее пассажирское. Понял, что с какой-то ревностью отношусь к «левому» водителю за рулем. Но так будет лучше, чем не вписаться в поворот и не проснуться утром. Не сказать, что моя жизнь радовала меня, но все же живым трупом существовать интереснее, чем мертвым.

Феликс осторожно, словно боялся мой Мустанг, как черта, завел движок. Тот привычно зарычал.

– Не укусит, – хмыкнул я, откинув голову назад. Хотелось закрыть глаза. И уснуть. А проснуться уже к вечеру, когда боль отступит.

– Да я знаю, просто это же Кобра[1 - Mustang Shelby Cobra – автомобиль, созданный на базе Ford.

]! Мне такая и не снилась! Не, ну снилась, конечно! Но черт! Я всю жизнь хотел посидеть за рулем! – тараторил пацан.

– Не пыли, пацан, – пробормотал я.

– Понял! – уже спокойнее выдал Исаев и осторожно рванул с места.

– Твое корыто на сервисе? – спросил я, помня, что парни собирались перебрать горбунка Феликса. Мысленно прикинул, какие тачки свободны и на ходу.

– Да, там по мелочи. Форсунки и по ходовке немного, – оправдался парень.

– Возьми любую из гаража, – пробормотал я, даже не собираясь уточнять. – А хлам свой отдай парням в утиль. Портит мне имидж.

Феликс тихо рассмеялся. Гаденыш мелкий. Нихрена не боится.

– Это да, думал подписать его: «Это корыто ездит на мате Мэта». Но передумал, – ехидство так и сочилось из мелкого балбеса.

Решил не прессовать парня. К тому же Исаев, несмотря на возраст, границы знал, умел притормозить, когда нужно.

– Пешком пойдешь в город, – пригрозил я, протирая лицо ладонями.

Главное – не отключиться прежде, чем попаду в койку.

Феликс притих. И под мерное шуршание шин по чистому асфальту я вырубился. Очнулся, когда пацан парковал тачку в гараже. Разумеется, я знал, что царапин по кузову не появилось. Но бросил долгий взгляд на лаковые бока Малышки.

– Так какую можно взять? – напомнил Феликс о моем обещании.

В который раз понял, что у пацана страха нет вовсе. Ведь знает, что за косой взгляд я легко могу спустить с него три шкуры. Но именно это отсутствие страха подкупало.

Слишком сильно Исаев напоминал мне меня, каким я был лет пятнадцать назад.

– Ключи в доме, – поморщился я.

Входная дверь поддалась с трудом. Руки казались чужими. А пульс превратился в колокольный звон.

Видел, что пацан о чем-то спрашивает. Но слышимость была нулевой.

Побрел в строну спальни, на ходу стягивая с себя шмотье. Судя по всему, даже душ уже не осилю.

Минуя коридор, понял, что на кухне горит тусклый свет.