Фуллер

– До утра не сиди в своем компьютере, – скомандовала я на правах старшей.

– Так точно, мамочка! – хохотнул мой оболтус.

Я, зевая, отправилась в комнату. Разложила свой диван, приготовила брату его законную подушку, за которую у нас с ним еще с детства шли нешуточные бои. Отнесла все спальные принадлежности на кухню, где у нас стоял старенький диван. Он вполне сносно раскладывался и превращался в приличное спальне место. Феликс уже убрал стол и плескался в душе. Взгляд задержался на его свитере, небрежно брошенном на табурете.

И на портмоне, аккуратно лежавшем на подоконнике рядом с ключами от старенькой иномарки, которую брат купил за копейки и на которую мы с ним копили последние несколько лет. Портмоне я подарила ему на день рождения. И очень гордилась, что смогла выкроить из нашего скудного бюджета такую внушительную сумму. Поскольку вещь была качественной, фирменной и дорогой.

Не смогла удержаться и провела кончиками пальцев по мягкой коже аксессуара. Бумажник упал на пол.

И когда я подняла его, мне показалась подозрительной его тяжесть.

Исключительно из любопытства заглянула внутрь. Да, вещь принадлежала не мне. Но все эти мысли тут же забылись, стоило увидеть множество крупных купюр, ровненько и аккуратно сложенных в бумажнике.

– Феликс! – закричала я, понимая, что столько денег честным путем заработать просто невозможно.

Но тут же поняла, что из-за шума воды брат ничего не расслышит. Вернув портмоне на место, сложила руки на груди и принялась ждать возвращение брата из ванной.

Обормот явился, практически, сразу.

– Что это? – мотнула я головой в сторону окна.

Брат моментально смекнул, в чем дело. Но предпочел юлить.

– Подоконник, – невозмутимо ответило младшее поколение.

– Откуда деньги?! – потеряла терпение я.

– Даря, – вздохнул Феликс, настойчиво отодвигая меня за плечи дальше от кушетки и разбирая ее, превращая в широкую кровать, пусть старенькую и скрипучую, но зато на ней Феликс удобно помещался с учетом своего роста: – Какая разница? Заработал.

Еще вопросы будут? Я спать хочу. И ты спать хочешь. Давай уже спать, а?

– Не заговаривай мне зубы! – повысила голос.

– Иди спать, мамочка! – проворчал Феликс и, застелив простынь, тут же плюхнулся в кровать. – Утром промоешь мне мозги. Устал я сегодня.

Я прекрасно знала характер брата. Лег, закрыл глаза, разговаривать не станет.

Я прищурилась, рассматривая нахальную физиономию Феликса. Топнула ногой.