Иллюзия риска

Но Арканов четко спланировал ближайшие несколько часов. И первым пунктом в его импровизированной программе значилось посещение кузнецы, которая принадлежала другу его отца.

Почему именно кузнеца? Все просто. На территории, принадлежавшей дядьке Никите, имелся небольшой пруд, где жили утки, и куда слетались голуби, кажется, со всей округи, в поисках пропитания. Арканов, еще будучи мелким пацаном, любил в детстве напроситься к дядьке в гости, а заодно и погонять птиц. И до сих пор Данил часто бывал здесь, кормил уток и продумывал стратегии, бизнес-планы, или просто прочищал мозг от всякой рутинной информации.

– Привет, паршивец, давно не появлялся! – встретил дядя Никита молодых людей уже у входа в небольшую сторожку, где, как правило, постоянно находился охранник и следил за порядком, не впуская незваных гостей и прогоняя бродячих псов.

– Дела, дядь Никита, – оправдался Данил, отвечая крепким рукопожатием на приветствие.

– Предупредил бы, что с девушкой, я бы принарядился, – упрекнул мужчина, подмигивая Емельяне.

– Да я и сам не знал, что заеду к вам, – оправдался Арканов, а потом улыбнулся спутнице: – Знакомься, Емельяна. Это дядя Никита – старый ворчун и хозяин всего этого добра.

– Не такой уж и старый, – прокряхтел мужчина, почесывая мощной пятерней подбородок.

– Очень приятно, – искренне улыбнулась Ажурова.

– «Приятно» – не то слово, – подмигнул новый знакомый и неожиданно предложил: – А вы на обед оставайтесь! Да, точно! Моя Марья Гавриловна там кухарит. У нас сегодня вроде как юбилей.

Круглая дата.

Данил вопросительно взглянул на девушку. Та повела плечом, неуверенно, но и не отказалась сразу.

– Если только ненадолго, – решил Арканов, мысленно сдвигая импровизированный план на пару пунктов. – Мы пока к пруду сходим.

– Ну, идите, раз решили, – одобрил хозяин кузнецы, провожая молодых людей.

Данил, прекрасно ориентируясь на территории, прихватил небольшое ведро, в которое дядька насыпал крупу или зерно для почти одомашненной живности, то есть уток, и привел девушку к красивой лавочке с коваными ножками и металлической крышей.

На миг Емельяна замерла, изучая ручную ковку. Кажется, будто лепестки роз, которыми была усыпана вся лавочка, ожили и создавали свой собственный мир. Неописуемая красота, от которой не уставал глаз.

Пока девушка любовалась работой дядьки, Даня бросил пригоршню корма в сторону. Несколько голубей, точно только этого и ждали, подлетели и принялись торопливо клевать поданное угощение.