Исай

– Вот и встречайся с ним сам! – выдохнула я, глотая слезы.

Казалось, будто стены зала сужаются и давят на меня. Я была окружена незнакомыми людьми, которые лицемерно улыбаются и делают вид, словно мы близкие друзья.

– Паршивка! – пошипела мама, пытаясь схватить меня за руку.

Но я успела прошмыгнуть мимо. В руки Феликса я влетела. И тут же оказалась в тепле и под защитой. Я знала, даже если весь мир будет против нас, мой Исай не отступится от меня.

Удивительно, но из ресторана мы вышли беспрепятственно.

Никто не гнался следом, никто не пытался вернуть меня в зал, усадить за стол и заставить делать вид, словно я счастливая именинница.

Феликс, крепко держа меня за руку, усадил в темную машину на заднее сиденье. А сам устроился рядом. Незнакомый мне водитель рванул автомобиль с места, словно за нами все же была организована погоня.

А мне было на все плевать. Я крепко обнимала своего любимого Феликса и по-глупому улыбалась.

– Я так тебя люблю! – прошептала я ему на ухо.

– И я тебя, Белочка! – раздался голос с моими любимыми ноткам хрипотцы.

Я повернула голову, чтобы взглянуть в любимые глаза. И пропала. Все мои мысли, страхи, сомнения утонули в океане из эмоций и чувств.

* * *

А через два дня я поняла, что вот-вот наступит конец света. Позвонила моя любимая бабуля. Просила погостить у нее перед учебой. А я просто не могла ей отказать. Ведь бабушка – единственная родственница, которая не просто растила меня до десяти лет, но и была моим близким другом, тем человеком, который меня всегда понимал.

Пришлось ехать. Феликс провожал меня на вокзале. И до последнего не разжимал рук.

– Я приеду на твой день рождения! – пообещала я и никак не могла отыскать в себе силы, чтобы убрать ладони с его щек.

– Глупости, Белка, – мотнул он головой, ловя ртом мои пальцы. – Приедешь, как просит бабуля. Две недели промчатся быстро. И потом, там ведь есть связь. Буду слать тебе свои фотки. Скорее всего, очень неприличные. Ты ведь уже взрослая тетя.

– Буду ждать! – лукаво улыбнулась я, собираясь ответить ему такими же фотками.

Прав Феликс, я уже взрослая. Могу делать, что вздумается!

– Голубки! Хватить задерживать поезд! – прокричал проводник, а мне пришлось шагнуть назад.

Феликс резко склонился ко мне, жадно поцеловал, удерживая мою голову руками, и отпустил.

На ватных ногах я с трудом взобралась по ступеням вагона и помчалась к первому попавшемуся окну.

Феликс уже звонил мне, а я тут же ответила на вызов.