Капучинка

– Нет, не приглашу, – девушка отвернулась к окну и положила руку на дверную ручку, собираясь выйти из салона авто.

– В чем твоя проблема? – кажется, теряя терпение, произнес парень громче, и схватил девушку за запястье, заставляя остаться сидеть.

– Пусти! – коротко скомандовала девушка, и, прищурившись, взглянула на рассерженное лицо парня, – Я сказала: пусти!

– Сколько уже можно ломаться, Лика? – не выдержал собеседник, – С моим выбором даже предки смирились, несмотря на …

– На что? – прищурилась Малика, испытывая уже даже не злость, а скорее ярость и отвращение к собеседнику, – На то что я отличаюсь от всех? На то, что у меня восемь ног и две головы? С чем, стесняюсь спросить, смирились твои родители?

– С цветом кожи, – кричал парень, – Но это ведь не твоя вина.

– Что ты несешь, придурок?! – кажется, спокойно произнесла Лика, но на самом деле в сердце девушки кипела ярость, – Считаешь, цвет кожи – это мой недостаток? Пошел ты! И вся твоя семейка в придачу!

– Ты пожалеешь, если кинешь меня! – пригрозил парень, – Не вздумай разрывать наши отношения!

– Слушай, сколько можно? – постаралась взять себя в руки девушка, – У нас не было отношений, нет и никогда не будет!

– Хочешь сказать, что я столько лет потратил на тебя впустую? – растерялся парень.

– Думай, как хочешь, – ответила девушка и вышла из машины.

Водитель авто, резко надавив на газ, взвизгнув шинами, умчался. А Лика, опустив плечи, пошла домой. В ушах все еще стояли слова парня – человека, который был для нее другом много лет.

До того момента, пока ее глаза не раскрылись и многое стало понятным.

Вынув ключи из кармана, Лика вставила подходящий в замочную скважину. Взгляд застыл на собственном запястье. Смуглая кожа почти сливалась с окружающим полумраком. Лика поняла, что по щекам катятся слезы. Она всегда будет другой, чужой среди людей, с которыми росла. Она всегда будет отличаться и привлекать внимание. Порой ненужное. Порой ранящее. Очень редко Лика могла почувствовать себя уютно и даже забыть об этом своем отличии.

И самое обидное, это чувство покоя и уюта дарила ей не ее небольшая уютная квартира, и даже не любящий отец и беспокойная мать, а совершенно другой человек.

Жалость к себе практически захлестнула девушку, и, войдя в квартиру, Лика прислонилась к двери спиной, съехала вниз на пол и, уткнувшись лбом в согнутые колени, разрыдалась. Громко, некрасиво хлюпая носом.

– Как же меня все это достало, – шептала девушка, обхватив колени руками.