Моя (не)зависимость

Слишком долго не видел ее, не обнимал, не целовал.

Черт! Она, как наркотик, для меня. И очередная доза была нужна мне именно сейчас.

Леся вышла на улицу, прошла мимо, не посмотрев в мою сторону. Я оттолкнулся от стены, с которой почти успел срастись. Убрал телефон в карман. Просто ждал, когда девушка заметит меня.

Напарник Леси не отставал от нее. Мелькнул за спиной Грозы, закинул свою чертову руку на ее плечо так, будто Леська принадлежала ему.

Да вот уж хрен тебе, мудила!

Но больше всего убило то, что Леська никак не отреагировала, не скинула его руку, не впечатала ему по холеной «репе».

А я точно знал, Леся легко может аккуратно и крепко приложить любого, кто сунется.

Значит, не хочет этого делать.

Убрал руки в карманы джинсов, просто, чтобы не пустить кулаки в ход.

Но грудину рвало на куски от того, что моя Леся обнимается с левым утырком.

Вот, значит, как это: ревновать свою женщину. И оказывается, вполне обоснованно.

– Привет! – обнаружил себя, встав перед Лесей и обнимавшим ее дерьмом, которому жить осталось от силы полминуты.

– Кирюша?! – опешила Леська, остановившись в шаге от меня, открыв рот.

Перевел тяжелый взгляд на мужскую руку, висевшую на девичьем плече.

– Ты здесь? – продолжала Леся.

– Удивительно, да? – усмехнулся я и прилип глазами к ее лицу, которое до ломоты в теле хотелось взять в ладони, прижаться, прирасти ртом к нежным губам.

– Это кто, детка? – подал голос упырь. – Если нужен автограф, могу подписать.

– Левша или правша? – обратился я к Лесе.

Лисенок угадала ход моих мыслей, взглянула грозно на меня снизу вверх.

– Даже не думай, Кир! – прищурилась она. Я лениво вынул руки из карманов, прикинул, что изначально сломаю ему пару пальцев все же на правой руке. А там – как пойдет.

– То есть, автограф не нужен? – хмыкнула будущая жертва травматологии.

– Кирилл! Угомонись! – вскрикнула Леська и заслонила собой дружка.

Леська действовала нечестно. Знала ведь, что я скучал, что с ума схожу по ней, по ее запаху, прикосновениям.

И перетянула мое внимание на себя. Положила ладони на мою грудь, прошлась по торсу, сцепила пальцы в замок на моей спине.

Руки сами собой накрыли ее плечи, стиснули, заскользили ниже, легли на талию.

Приподнял ее над землей.

Плевать, что вокруг ошивалась куча народа. Плевать, что лощеный хмырь пялился на нас. Даже было почти плевать на то, что он минуту назад он обнимал мою женщину.

Почти плевать.