Нулевой отсчет

Сквозь ткань джинс почувствовала его возбуждение. Господи, хорошо, что мама меня не видит, ей было бы очень стыдно за меня! А плевать! Я так долго ждала, когда он хотя бы просто улыбнется только мне своей голливудской улыбкой! А тут поцелуй! Еще и какой!

– Нужно остановится, – простонал он, но тело его говорило о другом. Он крепче прижимал меня к себе, подхватив под ягодицы. Почувствовала движение, не открывая глаз, продолжала страстно целовать его лицо, шею, гладя руками плечи, спину, затылок. Услышала шорох бумаги, через мгновение ощутила прохладную поверхность стола.

Резко открыла глаза. Замерла. Во все глаза смотрела на раскрасневшееся лицо Антона. Глаза горят, на губах моя помада. Он, прислонившись своим лбом к моему, тяжело дышал.

– Прости, не сдержался, – ласково проговорил он. Я хихикнула. Немного поерзала, пытаясь сдвинуть какую-то штуку, впившуюся в поясницу.

– Не делай так, – со стоном попросил он.

– Как? – удивилась я.

Антон едва ощутимо пошевелил бедрами.

– Так!

Я покраснела, из горла вырвался стон.

– Прости, просто мне что-то впилось в спину, – сказала я, краснея.

Антон приподнял меня, вытащил степлер, легко отбросил его на пол.

Дверь без стука открылась. Я готова была провалиться сквозь землю, ну или на крайний случай спрятаться под столом. Занятная картина получилось. Я лежу на столе, обхватив талию Антона ногами, а он наваливается на меня сверху, обнимая за филейные части. Его лицо все измазано моей помадой. Мои волосы растрепаны. Я бросила виноватый взгляд на вошедшего, Большой Босс стоял, держась за ручку.

– Антоха, по коням! – прокричал Никита, – И имейте совесть!

Я уже была готова писать заявление об увольнении.

Антон, не отрываясь от меня, бросил хмурый взгляд на стоящего в дверях брата.

Тем временем Никита продолжил:

– Жалюзи хотя бы в следующий раз закройте! – кивнул он в сторону окна, ведущего в торговый зал, – Это конечно офигительная рекламная идея и несколько смелый пиар-ход, но как-то не привычно.

Антон выпрямившись, нахмурился.

Помог мне подняться, я тщательно прятала взгляд от шефа.

Антон выглянул из кабинета, всем находящимся в зале очень хорошо просматривался его кабинет. Хорошо, что клиентов еще не было, только продавцы-консультанты, молодые парни. Они стояли с отвисшими челюстями.

– Концерт окончен, кыш по местам! – гаркнул Антон. Те быстренько разбежались. Вернувшись в кабинет, он задвинул жалюзи. Посмотрел на меня. Я стояла возле стола, боясь смотреть на Никиту.